# Современное искусство

Митрофан Нилович Ремезов

(Малый театр: бенефис "вторых" артистов драматической труппы; Темная сила, драма в 5-ти действиях, соч. И. В. Шпажинского).

## СОВРЕМЕННОЕ ИСКУССТВО.


(Малый театръ: бенефисъ "вторыхъ" артистовъ драматической труппы; Темная сила, драма въ 5-ти дѣйствіяхъ, соч. И. В. Шпажинскаго).


Передъ Рождественскими праздниками въ Маломъ театрѣ состоялся въ первый разъ спектакль "въ пользу вторыхъ артистовъ московской драматической труппы". Прекраснѣйшее доброе дѣло сдѣлало управленіе театрами, давши бенефисъ милымъ и почтеннымъ труженикамъ и труженицамъ, работающимъ много и добросовѣстно, создающимъ значительную долю успѣха множеству пьесъ, держащихся на сценѣ только благодаря стройности исполненія, не выдающихся, часто незамѣтныхъ почти ролей, имѣющихъ, тѣмъ не менѣе, очень большое вліяніе на общее впечатлѣніе, производимое спектаклемъ на зрителей. Кордебалетъ, декораторы и режиссеры давно уже пользуются бенефисами и слѣдовало дать такой же наградный спектакль скромнымъ служителямъ драматическаго искусства. Хорошо будетъ, если такіе бенефисы войдутъ въ обычное дѣло и даваться будутъ ежегодно. Но, къ сожалѣнію, получившіе бенефисъ воспользовались имъ для перваго раза совсѣмъ нехорошо: увлекшись, вѣроятно, примѣрами "набольшихъ", распорядители назначили тройныя, если не еще большія цѣны за мѣста, и за это были основательно наказаны,-- театръ оказался чуть не на половину пустымъ. Тутъ дѣло не въ томъ только, много или мало получили бенефиціанты, больше или меньше они получили, чѣмъ сколько оказалось бы при умѣренныхъ, обыкновенныхъ или немного возвышенныхъ цѣпахъ, а дѣло въ нравственномъ впечатлѣніи, какое должны испытывать "именинники" передъ на-половину пустымъ столомъ. На этотъ разъ публика ясно показала, что примѣры "набольшихъ" -- не указъ и что подражать имъ не слѣдуетъ. Да и самимъ "премьерамъ" уже было легкое предостереженіе въ бенефисъ г. Горева, игравшаго короля Лира и видѣвшаго нѣсколько пустыхъ ложъ въ качествѣ укора за несообразно высокія цѣны. Можно быть превосходнымъ актеромъ и большимъ любимцемъ публики, но изъ этого вовсе не слѣдуетъ, чтобы должно было на свой бенефисъ звать только такихъ людей, у которыхъ въ карманѣ "бѣшеныя деньги"; изъ этого вовсе не слѣдуетъ, чтобы должно было дѣлать бенефисныя представленія недоступными для людей, не имѣющихъ возможности швырять деньги, и ужъ совсѣмъ не слѣдуетъ забирать изъ театральной кассы всѣ билеты къ себѣ на домъ и тамъ ими расторговываться, какъ это иногда случалось. Всякимъ "бѣшенымъ деньгамъ" есть предѣлъ и всякой безсмысленной расточительности бываетъ граница. Весьма можетъ случиться, что публика поразмыслитъ, образумится и порѣшитъ придержать свои карманы.

Въ бенефисъ "вторыхъ" артистовъ шла пяти-актная драма г. Шпажинскаго Темная сила. Пьеса имѣла несомнѣнный успѣхъ потому, что она ловко "сдѣлана", но мы рѣшительно недоумѣваемъ, для чего она написана, что хотѣлъ ею сказать и доказать авторъ. Объ этомъ можно только догадываться, ибо семейная исторія, изображенная на сценѣ, совсѣмъ не вяжется съ заглавіемъ, напечатаннымъ на афишѣ, и не заключаетъ въ себѣ никакой драмы. Это просто хорошо разсказанный въ лицахъ несчастный житейскій случай, возможный въ дѣйствительности,-- чего на свѣтѣ не бываетъ!-- но подлежащій вѣдѣнію не драматурговъ и романистовъ, а прокурора и психіатровъ. Мотивъ для драмы или, вѣрнѣе, для комедіи былъ въ распоряженіи автора, такъ какъ подобные мотивы встрѣчаются нерѣдко во всѣхъ слояхъ общества, и хотя такой мотивъ далеко не новь, онъ все же представляетъ нѣкоторый интересъ самою живучестью своей и безконечнымъ разнообразіемъ тѣхъ сочетаній и осложненій, къ которымъ онъ приводитъ въ дѣйствительной жизни. Сущность дѣла,-- не въ драмѣ г. Шпажинскаго, а въ человѣческомъ обществѣ,-- заключается въ томъ, что въ заурядную, мирную семью, живущую "такъ себѣ, не шатко, не валко", залѣзаетъ "темная сила" и мало-по-малу забираетъ въ свои руки всю власть въ этой семьѣ, что, конечно, ведетъ къ весьма разнообразнымъ послѣдствіямъ, драматическаго или комическаго характера, смотря по обстоятельствамъ. Примѣрамъ вторженія этого рода "темныхъ силъ" нѣтъ счета какъ въ жизни, такъ и въ литературѣ. Отъ такихъ чужихъ воздѣйствій семья неизбѣжно страдаетъ, что, въ свою очередь, ведетъ къ различнымъ результатамъ: бываетъ, что "темная сила" одолѣваетъ всѣ сопротивленія и властвуетъ или добивается иной какой-либо цѣли; случается, что "темная сила" разрушаетъ въ семьѣ миръ и согласіе и расточаетъ нѣкоторыхъ членовъ семьи, дабы полнѣе властвовать надъ остальными; возможно, что сила сопротивленія въ семьѣ одолѣваетъ "темную силу", и эта послѣдняя претерпѣваетъ пораженіе и посрамленіе. Во всѣхъ трехъ случаяхъ между семьею или нѣкоторыми ея членами и "темною силой" происходитъ борьба, обусловливающая собою болѣе или менѣе драматическія положенія дѣйствующихъ лицъ. При этомъ неизбѣжна, разумѣется, и внутренняя борьба, переживаемая тѣми или другими участниками въ семейной драмѣ. Ничего этого нѣтъ въ пьесѣ г. Шпажинскаго, ни на что подобное въ ней нѣтъ даже намека по той простой причинѣ, что нѣтъ въ этой пьесѣ никакой "темной силы".

Подъ такимъ заглавіемъ изображенная въ лицахъ исторія заключается вотъ въ чемъ: живетъ въ столичномъ городѣ Петербургѣ семья богатаго человѣка, занимающаго "видное положеніе", г-на Вырдина (г. Ленскій), состоящая изъ его супруги Варвары Матвѣевны (г-жа Никулина), дочери Анны (г-жа Яблочкина 2-я) и сына Леонида (г. Ильинскій). Превосходительный старикъ Вырдинъ -- слабохарактерный брюзга, ума не крупнаго, эгоистъ, легко поддающійся чужимъ вліяніямъ и внушеніямъ, воображающій при этомъ, будто всѣмъ онъ самъ распоряжается по собственной волѣ и по своему усмотрѣнію,-- лицо, хорошо намѣченное авторомъ и представляющее собою отличный матеріалъ для комедіи. Анна -- любимица и баловница отца, сыномъ онъ постоянно недоволенъ и имѣетъ на то достаточныя основанія. Мать боготворитъ своего Леню, къ дочери относится довольно равнодушно, на мужа, повидимому, не имѣетъ никакого вліянія и отчасти ссорится съ нимъ изъ-за Леонида, неумѣренно требующаго отъ родителей денегъ и уже успѣвшаго надѣлать долговъ. Что такое Анна и Леонидъ -- объ этомъ мы скажемъ потомъ. У Анны есть женихъ, Ящеровъ (г. Южинъ), свѣтскій человѣкъ, умный, осторожный и ловкій, подбирающійся не только къ приданому Анны, но и ко всему состоянію Вырдиныхъ путемъ устраненія Леонида отъ наслѣдства. Для начала онъ "внушаетъ" старику блестящую мысль и добивается отъ него духовнаго завѣщанія въ пользу своей невѣсты съ обязательствомъ выдавать Леониду опредѣленную сумму изъ доходовъ. Первое дѣйствіе кончается заявленіемъ Леонида родителямъ, что онъ женился безъ ихъ вѣдома на нѣкоей Клеопатрѣ Семеновнѣ или "Патѣ" (г-жа Лешковская), особѣ съ весьма некрасивымъ прошлымъ. Это прошлое почему-то извѣстно Вырдинымъ. Мать падаетъ въ обморокъ, отецъ выгоняетъ сына изъ дому. Второй актъ: мать опасно больна, требуетъ къ себѣ сына. Отецъ въ отчаяніи отъ болѣзни жены, въ негодованіи на сына, отказывающагося пріѣхать къ умирающей матери, если родители не дозволятъ ему явиться вмѣстѣ съ женой. Доведенный до крайности, старикъ вынужденъ согласиться на это. Клеопатра ловко разыгрываетъ передъ отцомъ "слезную" комедію сокрушенія и раскаянія, разжалобливаетъ податливаго папашу и вселяется въ домъ къ превеликому и нескрываемому негодованію Анны. Въ третьемъ дѣйствіи оказывается, что шашаи Вырдина умерла, папаша очень доволенъ снохой, забравшею въ руки весь домъ, все хозяйство и самого хозяина, за которымъ она ухаживаетъ такъ усердно, что этимъ скрашиваетъ всю жизнь захирѣвшаго старика, тогда какъ родная дочь неизмѣнно ходить съ вытянутымъ, оскорбленнымъ лицомъ, на всѣ попытки къ примиренію со стороны Клеопатры отвѣчаетъ "гордымъ" презрѣніемъ,-- тѣмъ, что на простомъ семейномъ языкѣ называется у насъ "фырканьемъ". Далѣе мы не будемъ слѣдить за развитіемъ пьесы по актамъ, ибо тутъ уже начинается сумбуръ, въ которомъ нѣтъ возможности разобраться. Клеопатра ни съ того, ни съ сего пускается въ заигрыванія съ Ящеровымъ, предлагаетъ ему для чего-то вступить въ какой-то союзъ, признается ему въ страстной любви, кидается передъ нимъ на колѣни, выкупаетъ у ростовщицы (г-жа Садовская) его векселя и преподноситъ ихъ Ящерову въ презентъ... Ящеровъ вѣжливо отказывается отъ союза, уклоняется отъ любви, спокойно кладетъ на столъ векселя, откланивается и уходитъ... уходитъ жениться на очень богатой и горбатой княжнѣ. Клеопатра ласками и ублаженіемъ старика добивается уничтоженія духовнаго завѣщанія въ пользу Анны, ласками и убѣжденіями добивается отъ мужа выдачи ей векселей на большую сумму. А Анна все "фыркаетъ", отказываетъ жениху и уходитъ изъ дому куда-то въ классныя дамы. Леонидъ съ начала третьяго дѣйствія и до финальнаго казуса непрестанно ноетъ самымъ удручающимъ образомъ, безъ всякаго резоннаго къ тому повода, такъ какъ финансовыхъ продѣлокъ жены онъ не знаетъ и не понимаетъ, ея экскурсій въ амурныя области съ Ящеровымъ не подозрѣваетъ, въ нѣжной любви супруги сомнѣваться не можетъ. И, несмотря на все это, Леонидъ, постоянно ссорившійся съ сестрой, вдругъ кидается къ ногамъ Анны, умоляетъ ее о прощеніи и прежней любви, рыдаетъ на ея плечѣ, потомъ,-- еще болѣе нежданно,-- распаляется ни за что, ни про что ненавистью къ Клеопатрѣ, отправляется въ свою комнату, вооружается револьверомъ и застрѣливаетъ жену... потомъ сходить съ ума. При чемъ же, однако, тутъ "темная сила" и гдѣ она, эта "сила"? Въ Клеопатрѣ? Да что же такое сдѣлала Клеопатра, за что ее стоило бы произвести въ столь большой чинъ, какъ темная сила? И ничего она не сдѣлала такого, за что ее стоило бы карать смертною казнью. Правда, бабенка она дрянная, довольно хитрая и обдѣлистая, ловко подбирается къ состоянію мужа и свекора, искусно отстраняетъ Апну и ея жениха, которые совсѣмъ было подобрались къ богатству старика. Но, вѣдь, это, такъ сказать, нравственная сторона дѣла, видная намъ, постороннимъ людямъ, и незамѣтная ни старому, ни молодому Вырдину. Фактически же дѣло обстоитъ такъ: въ семьѣ Вырдиныхъ миръ и согласіе были только кажущимися, и сами они людишки плохонькіе; сынокъ обобралъ maman до послѣдней рублевки, связался съ какою-то негодницей, женился на ней потихоньку отъ родителей по страстной любви, конечно. Его дурацкимъ увѣреніямъ, что онъ сдѣлалъ это изъ желанія спасти падшую и замотавшуюся женщину, нельзя вѣрить потому, что, во-первыхъ, этимъ способомъ никто не спасаетъ первую встрѣчную, и, во-вторыхъ, не онъ женился, а его женили. Хороша ли, плоха ли, на чужой взглядъ, Клеопатра, мужъ ее любитъ, а она его всячески ублажаетъ, и не ея вина, что на Леонида вдругъ "накатило", и онъ сошелъ съ ума. Клеопатра прозѣвала, надо было сдать его на руки врачамъ, засадить въ психіатрическую лѣчебницу. Maman, глупая баловница, дала себя обобрать не умному шалопаю сыпку. Папаша -- умничающій старый тетеревъ -- далъ обобрать родного сына проходимцу Ящерову, при содѣйствіи любимой дочки, крайне безтактной, безтолковой и непріятной особы. Никто изъ нихъ, кромѣ Клеопатры, не видитъ, что Ящеровъ -- вылощенный проходимецъ, худшаго и, во всякомъ случаѣ, болѣе опаснаго пошиба, чѣмъ Клеопатра, которая спасла Анну отъ выхода замужъ за такого господина. Анна такъ глупа, что допускаетъ постороннюю женщину отбить у себя отца ласкою, угодливостью, баловствомъ, и сама же своими гордо-кислыми минами и грубыми выходками отталкиваетъ отъ себя убитаго горемъ старика. Ящуровъ, умный и смѣтливый, имѣющій огромное вліяніе на свою невѣсту, безучастно смотритъ на ея нелѣпыя штуки, тогда какъ онъ-то, видящій насквозь всю семью и Клеопатру, могъ бы всѣхъ и все повернуть по-своему въ какую ему угодно сторону, могъ бы безъ большого труда поставить Клеопатру на подобающее ей мѣсто, или, по меньшей мѣрѣ, потягаться съ нею изъ-за вліянія и изъ-за состоянія. Ничего этого онъ не дѣлаетъ и неизвѣстно, почему не дѣлаетъ. Для насъ ясно одно: не подвернись тутъ Клеопатра, Ящуровъ женился бы на Аннѣ и обобралъ бы всѣхъ Вырдиныхъ въ наилучшемъ видѣ, а какъ распорядился бы потомъ съ женой и ея родней, о томъ загадывать мы не можемъ. Во всякомъ случаѣ, онъ не сталъ бы няньчиться съ раскисшимъ старикомъ, какъ то дѣлаетъ Клеопатра, которая одна только своею лаской и ухаживаніемъ скрашиваетъ жизнь немощнаго папаши, покоитъ его, даетъ ему такое благополучіе, какого жаждетъ его старческій эгоизмъ. Только Анна омрачаетъ это благополучіе своею послѣднею штукой, уходомъ изъ дому. Подводимъ итоги. Семья Вырдиныхъ, при внѣшнемъ мирѣ, охраняемомъ богатствомъ и баловствомъ дѣтей родителями, съ самаго начала расползается врознь и расползлась бы безъ посторонняго вмѣшательства. Варвара Матвѣевна заболѣваетъ и потомъ умираетъ отъ того, что ея сынъ женился безъ ея разрѣшенія. Въ дѣйствительности самыя чадолюбивыя маменьки отъ этого не умираютъ, а поплачутъ-поплачутъ, да и перестанутъ. Вторженіе въ домъ Вырдиныхъ Клеопатры приноситъ благополучіе старику, принесло бы ему счастье, если бы не омрачала его дочь своими "гордыми" выходками; вторженіе Клеопатры не дѣлаетъ несчастнымъ Леонида, его просто томитъ развивающійся въ немъ психическій недугъ, причины котораго намъ не извѣстны. Вставленный въ пьесу эпизодъ внезапной любви Клеопатры ни для чего не нуженъ и неправдоподобенъ, никоимъ образомъ не вяжется съ характеромъ Клеопатры. Заключительный выстрѣлъ ровно ни съ чѣмъ не вяжется. Кончать пьесу убійствомъ, совершеннымъ сумасшедшимъ человѣкомъ -- все равно, что для развязки ухлопать героя драмы кирпичомъ, упавшимъ съ крыши герою на голову. Никакой "темной силы" въ пьесѣ не оказывается, какъ нѣтъ и признака никакой драмы. Всѣ дѣйствующія лица идутъ себѣ своими дорогами безъ запинки, безъ заминки, безъ сомнѣній и безъ борьбы,-- копышатся меленькія чувства въ ничтожныхъ душеикамъ, возятся дрянненькія мыслишки въ плохонькихъ головенкахъ, и все идетъ ровно и гладко... Такъ ровно и гладко, что могло бы въ томъ же родѣ идти еще пять, десять актовъ, если бы пистолетъ не выстрѣлилъ, а сдѣлалъ осѣчку.

Разыграна пьеса не совсѣмъ стройно, дѣло портилъ г. Ильинскій своимъ неровнымъ и дѣланнымъ тономъ съ неумѣстными выкрикиваніями. За то г. Ленскій превосходно изобразилъ старика Вырдина. Въ его исполненіи личность петербуржца съ "виднымъ положеніемъ" вышла очень типическою и цѣльною. Были моменты, поразительные своею правдивостью, какъ, напримѣръ, заключительная сцена перваго дѣйствія, когда онъ выгоняетъ изъ дома сына, или -- удивительный моментъ, когда старикъ сознаетъ, что неладно дѣло, что его дурачатъ. Такъ же восхитительно хороши были нѣкоторыя сцены у г-жи Лешковской, особенно въ первомъ дѣйствіи переходы отъ притворства передъ суровымъ отцомъ мужа къ совершенно-естественнымъ соображеніямъ о томъ, насколько удалось ей разжалобить старика. При всемъ талантѣ г-жи Лешковской и при всемъ ея стараніи, цѣльнаго образа, все-таки, не вышло, потому что не изъ чего создать его, въ самой роли нѣтъ опредѣленнаго характера, вся она -- точно собрана изъ кусочковъ и не крѣпко сшита, въ разныя стороны расползается. Нельзя назвать цѣльною и фигуру Ящерова, но всѣ шероховатости и недочеты въ ней сглаживаются замѣчательною выдержанностью тона, придающею настоящую типичность искателю богатой невѣсты. У г-жи Никулиной нѣтъ никакой роли, а всего лишь три-четыре ничего не значущихъ реплики, у г-жи Садовской -- всего двѣ крохотныхъ сценки.

Праздничная публика,-- мы были на второмъ представленія 29 декабря,-- осталась очень довольна пьесой, много хлопала, громко кричала, усердно вызывала исполнителей и автора.


Ан.


"Русская Мысль", кн.I, 1896