# Панаито Истрати

Ромен Роллан

Предисловие к сборнику рассказов "Кира Киралина" (Москва, 1926).

Перевод Ольги Новиковой (1925).

## Панаито Истрати


В первых числах января 1921 г. мне было передано письмо из госпиталя в Ницце. Оно было найдено у одного безнадежного, перерезавшего себе горло. Не было почти никакой надежды, что он выживет. Я прочитал это письмо и был охвачен его гениальной бурливостью. Горячий ветер в степи. Это была исповедь нового балканского Горького. Удалось его спасти. Я захотел его узнать. Завязалась переписка. Мы сделались друзьями.

Его зовут Истрати. Он родился в Браилове в 1884 г. от грека-контрабандиста, оставшегося ему неизвестным, и румынской крестьянки, прекрасной женщины, посвятившей ему всю свою трудовую жизнь. Несмотря на свою любовь к ней, он покидает ее двенадцати лет, побуждаемый демоном бродяжничества или, вернее, разъедающей его потребностью, познавать и любить. Двадцать лет странствований, необычайных приключений, изнуряющих работ, шатаний и нужды. Сожженный солнцем, мокрый от дождя, без. пристанища, в постоянных столкновениях с ночными сторожами, голодный, больной, обуреваемый страстями и издыхающий от нищеты, он проходит через все ремесла: слуга в харчевне, пирожник, слесарь, медник, механик, чернорабочий, землекоп, грузчик, слуга, живая реклама, живописец вывесок, маляр, журналист, фотограф... Одно время он принимает участие в революционном движении. Вдоль и поперек проходит он Египет, Сирию, Бейрут, Дамаск и Ливан, Турцию, Грецию. Италию. Часто без гроша, порой спрятавшись на каком-нибудь судне, где уже в пути его находили и сбрасывали на берег в первой же гавани. Лишенный всего, он богат впечатлениями. Часто обманывает он голод, с жадностью предаваясь чтению -- особенно русских мастеров п писателей Запада.

Он -- прирожденный рассказчик, восточный рассказчик, который так очаровывается и увлекается своими собственными сказаниями, что, раз начав говорить, и сам не знает, будет ли длиться это час или тысячу и одну ночь: Дунай и его излучины... Это вдохновение рассказчика так непреодолимо, что в письме, написанном накануне самоубийства, он прерывает своп отчаянные жалобы, чтобы рассказать две юмористические истории из своей прошлой жизни.

Я уговорил его записать кое-что из своих рассказов, и он взялся за большую работу, из которой два тома уже написаны. Это -- воспроизведение его жизни; и оно, как и самая жизнь его, могло бы быть посвящено Дружбе: так как она является для этого человека священною страстью. Всюду он останавливается, вспоминая встречные лица; каждое из них несет загадку своей судьбы, в которую он старается проникнуть. И каждая глава романа образует как бы новеллу. Три или четыре из этих новелл, в тех томах, которые я знаю, достойны пера русских мастеров. Он отличается от них по темпераменту и освещению, по направлению мысли: трагическая веселость, это -- радость рассказчика, освобождающего угнетенную душу.

Пусть помнят, что человек, написавший эти столь, живые страницы, -- самоучка и изучил французский язык всего семь лет тому назад, читая наших классиков.


Romain Rolland


-------------------------------------------------------------------------------------------


Текст издания: Кира Киралина. Рассказы / Панаито Истрати; Пер. с фр. О. М. Новиковой. Под ред. И. А. Новикова. Предисл. Ромэна Роллана. -- М.; Л.: Гос. изд., 1926. -- 190 с.; 14 см. -- (Универс. б-ка; No 52--54).