# Из книги "Годы странствий"

Георгий Иванович Чулков

## ВАЛЕНТИН СЕРОВ В ВОСПОМИНАНИЯХ, ДНЕВНИКАХ И ПЕРЕПИСКЕ СОВРЕМЕННИКОВ


## 2


## Г. И. ЧУЛКОВ


Георгий Иванович Чулков (1879--1939) -- поэт, драматург, переводчик, один из представителей символизма и мистицизма.

До знакомства с Серовым Чулков за политическую деятельность (он примыкал к социал-демократам) уже отбыл ссылку в Сибири и, поселившись в Петербурге, занялся литературной деятельностью. Перу Чулкова принадлежит большое количество книг по различным вопросам.

Мемуарная запись о Серове приводится по изданию: Георгий Чулков. Годы странствий. Из книги воспоминаний (М., издательство "Федерация", 1930, стр. 203, 204).


## Из книги "Годы странствий"


...Года три подряд летом уезжал я с женой в Финляндию. Однажды, кажется, это было в 1908 году, когда я жил недалеко от Райволы на Черной речке, ко мне явилась одна нежданная гостья. Я сидел на террасе и мирно читал книгу, как вдруг передо мною выросла внушительная фигура старухи с каким-то патриаршим посохом в руке. За нею следовала миловидная девушка лет шестнадцати.

-- Это вы -- автор книжки "О мистическом анархизме"?1 -- спросила старуха строго.

-- Да, -- сказал я, недоумевая.

-- Вот я пришла с вами объясниться. Что это вы еще выдумали такое -- анархизм, да еще мистический? Читала я вашу книжку и статью вашего друга, Вячеслава Иванова, читала и, каюсь, половины не поняла. Извольте мне объяснить, в чем тут дело...

-- Ас кем я имею удовольствие? -- пробормотал я, улыбаясь.

-- Я -- Серова, жена композитора. Живу теперь у сына, недалеко от вас. А это -- Оля, моя внучка2.

Я усадил старуху в кресло, и мы с нею побеседовали. Так я познакомился с семьею Валентина Александровича Серова. Его дача была близко от моей, в десяти минутах ходьбы. Дружбы у нас не завязалось, но маститый тогда Валентин Александрович всегда был приветлив и дружелюбен3. Мне нравился стиль его беседы, несколько ленивой и лукавой. Под маскою добродушия сквозила иногда острая ирония. Однажды и я попался впросак, и он добродушно подтрунил надо мною. В это время как раз в издательстве "Оры" вышла моя трехактная лирическая пьеса "Тайга", о коей я слышал немало лестных отзывов из уст поэтов. Похвалил ее и Серов, но помолчав, хитро прищурил глаза и сказал, будто бы робея:

-- Ваша пьеса символическая, и я, конечно, понимаю, Георгий Иванович, что нельзя к ней предъявлять требования правдоподобия, но, знаете ли, простите меня, я, как реалист, не могу не сделать одного замечания. У вас там самка лося защищает детеныша рогами. А ведь у самки рогов-то нет...4

Я, признаюсь, был сконфужен замечанием остроумца и хотя утешал себя тем, что у Лермонтова Терек прыгает, как "львица с косматой гривой на спине", чего в природе не бывает, но это утешение было не из очень утешительных, и во втором издании я убрал вовсе злополучные рога.

Серова, как художника, я, конечно, не мог не ценить, но его превосходный реализм в те годы оставлял меня холодным. Я несколько позднее полюбил больше добротность его мастерства, но живопись Серова никогда не была событием в моей жизни5.


## КОММЕНТАРИИ


1 Книга Чулкова "О мистическом анархизме" вышла со вступительной статьей Вячеслава Иванова в издании "Факелы", СПб., 1906.

2 Ольга Валентиновна Серова (1890--1946) -- старшая дочь Серова; автор книги "Воспоминания о моем отце Валентине Александровиче Серове" (М.-- Л., 1947), которая носит несколько компилятивный характер.

В некрологе, ей посвященном, за подписями Е. Гельцер, А. и С. Герасимовых, И. Грабаря, И. Ефимова, П. Кончаловокого, К. Юола, М. Сарьяна, М. Куприянова, П. Корина и других, указывалось: это был человек "кристальной души, чуткий и отзывчивый, скромный и привлекательный товарищ <...> Всю свою жизнь она посвятила искусству, работе с художниками. Особенно много Ольга Валентиновна отдала изучению творчества своего отца -- В. А. Серова. Она организовала несколько выставок, посвященных В. А. Серову, разыскала ряд его неизвестных работ, помогла атрибутировать его произведения и написала ценный труд о жизни и творчестве Валентина Александровича" ("Советское искусство", 1947, 10 января, No 2).

3 Чулков ошибся, определив время знакомства с Серовым и его семьей 1908 г. Он встречался с художником еще в начале 1905 г. и даже преподнес ему выпущенную тогда в его переводе книгу Мориса Метерлинка "Двенадцать песен". "...Тронут Вашей любезностью,-- писал ему Серов,-- присылкой Метерлинка в Вашем переводе. Благодарю Вас за эту изящную книгу. Между прочим, будьте добры напишите имя и вещь того автора, о котором Вы говорили, которого теперь переводите и которого имелось в виду поставить в "Новом театре" (Студия) у Станиславского. Станиславского я вскоре буду вообще видеть и следовало бы поговорить о той, переводимой Вами вещи" (не издано; отдел рукописей ГТГ).

В 1905--1906 гг. Чулков и Серов значились среди сотрудников журналов "Жупел" и "Адская почта".

4 В этой драме Чулкова в первом издании описывалась такая сцена:


Первый охотник.


Это матка и два детеныша.


Второй охотник.


О, тогда будет веселая, опасная охота.

Матка защищает детенышей рогами.

(Георгий Чулков. Тайга. Драма. СПб., 1907, стр. 67, 68).

5 В книге Чулкова имя Серова встречается еще раз, когда он упоминает о своем знакомстве с Евдокией Ивановной Лосевой, урожденной Чижовой (1881--1936), портрет которой художник исполнил в 1903 г. Чулков писал о ней: "Она была ученицей Серова. Блеск и нарядность ее салона помешали развернуться, как следует, ее дарованию, а между тем у нее был не только хороший вкус, но и своеобразное чувство красок и рисунка. Здесь, у этой дамы я перезнакомился с московскими художниками -- Ульяновым, Милиоти, Павлом Кузнецовым, Крымовым, Феофилактовым и многими другими. Впоследствии в этом салоне появились не только художники, но и философы и поэты. Даже Верхарн, Маринетти, Поль Фор и прочие иностранцы, навещавшие нас, считали своим долгом представиться этой даме. Несмотря на свое положение светской женщины, она сумела остаться художницей, добрым товарищем и человеком, совершенно свободным от "буржуазных предрассудков". Настроенная весьма враждебно к старому порядку, она охотно без малейших колебаний щедро раздавала свои деньги всем, кто приходил к ней просить на революцию. Вскоре, впрочем, наступили дни, когда ей уже нечего было расточать" (Георгий Чулков. Годы странствий. Из книги воспоминаний. М., 1930, стр. 266, 267).

В 1903 г. портрет Лосевой был на выставке "Мир искусства". В одной из рецензий были такие строки: "Серов достиг теперь, очевидно, своей высшей точки. Это колорист и рисовальщик, уверенный в своих средствах. Он счастливо отделался от прежнего -- временами неприятно поражавшего -- подчеркивания в погоне за надуманным выражением чего-то нездешнего, демонического. Его краски и формы поражают своей мощью и сочностью и действуют не менее сильно, нежели дарованная ему в высокой мере психологическая экспрессия, особенно хороши в последнем отношении два рисунка девочек Гучковых и изумительный в своей современной -- агрессивной женственности портрет г-жи Лосевой" (М. Сыркин. Новое искусство в Петербурге.-- "Курьер", 1903, 21 марта, No 23). Ныне портрет Лосевой -- в ГТГ.