Щелков Иван Петрович
Из истории харьковского университета

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

  

Изъ исторіи харьковскаго университета.

  
   Харьковскій университетъ не имѣетъ еще своей исторіи; только отдѣльные эпизоды изъ его жизни обращали на себя вниманіе изслѣдователей. Особенно посчастливилось первымъ годамъ его существованія: въ трудахъ М. И. Сухомлинова 1), H. А. Лавровскаго 2), А. C. Лебедева 3) наложена въ подробности исторія открытія Харьковскаго университета и сообщены какъ свѣдѣнія о лицахъ, игравшихъ дѣятельную роль въ этомъ дѣлѣ, такъ и характеристики первыхъ профессоровъ, собравшихся въ Харьковъ распространять свѣтъ науки. О другихъ періодахъ жизни университета существуютъ только отрывочныя и не всегда достовѣрныя указанія.
   Не задаваясь цѣлью писать исторію Харьковскаго университета, я намѣренъ, время отъ времени, сообщать тѣ свѣдѣнія о выдающихся его дѣятеляхъ, которыя удалось мнѣ собрать, пользуясь преимущественно матеріалами университетскаго архива. На первый разъ остановлюсь на личности извѣстнаго профессора математики Осиповскаго и на исторіи его удаленія отъ должности ректора и профессора.
   Тимоѳей Ѳедоровичъ Осиповскій былъ одинъ изъ первыхъ профессоровъ Харьковскаго университета. Въ трудахъ Сухомлинова, Лавровскаго и въ статьѣ Чирикова 4) сообщено не мало данныхъ для характеристики его личности и его ученой дѣятельности; въ нихъ же изложена печальная исторія его устраненія отъ университетской дѣятельности. До сихъ поръ однако не выяснены ближайшіе мотивы его удаленія. Сухомлиновъ считаетъ причиной неудовольствіе, вызванное у попечителя Карнѣева замѣчаніемъ Осиповскаго что, говоря о Богѣ, умѣстнѣе употребить выраженіе существуетъ, нежели живетъ. Чириковъ видитъ причину въ интригахъ со стороны недруговъ Осиповскаго, воспользовавшихся его нелюбовью въ мистикамъ, угождавшимъ высшему университетскому начальству; въ доказательство Чириковъ ссылается на напечатанный въ его статьѣ доносъ, представленный попечителю профессоромъ Дубровичемъ. Нѣтъ сомнѣній, что эти объясненія являются отголоскомъ мнѣній современниковъ; однако, знакомясь ближе съ условіями, въ какихъ находился тогда Харьковскій университетъ, легко убѣдиться, что причиною, вызвавшей увольненіе Осиповскаго отъ службы въ университетѣ, былъ не какой-либо отдѣльный случай, не извѣтъ того или другаго лица, а коренное различіе во взглядахъ и во всемъ умственномъ складѣ, оказавшееся между Осиповскимъ, стоявшимъ въ качествѣ ректора во главѣ университета, и назначеннымъ въ 1817 году попечителемъ Харьковскаго университета З. Я. Карнѣевымъ.
   Н. А. Лавровскій былъ совершенно правъ, утверждая, что увольненіе Осиповскаго было естественнымъ слѣдствіемъ тѣхъ новыхъ порядковъ, которые стали входить въ то время въ русскіе университеты и представителемъ которыхъ въ Харьковскомъ университетѣ былъ Карнѣевъ 5). Чтобъ убѣдиться въ справедливости этого мнѣнія, стоитъ только познакомиться съ этими двумя личностями, вынужденными обстоятельствами находиться въ постоянныхъ отношеніяхъ. Ихъ убѣжденія, весь складъ умственной дѣятельности ихъ представляли такія непримиримыя противорѣчія, что ихъ взаимныя отношенія не могли не повести къ катастрофѣ.
   Захаръ Яковлевичъ Карнѣевъ происходилъ изъ старинной дворянской (шляхетской) семьи, вышедшей изъ Польши и поселившейся въ предѣлахъ Ахтырскаго Слободскаго полка, именно въ мѣстности, занимаемой нынѣ Богодуховскимъ уѣздомъ 6). Изъ родословной, имѣющейся въ дѣлахъ Харьковскаго дворянскаго депутатскаго собранія, видно, что дѣдъ его, Карнѣй Лаврентьевъ Карнѣевъ, служилъ подпрапорнымъ въ Ахтырскомъ Слободскомъ казачьемъ полку. Сынъ Карнѣя, Яковъ, былъ въ томъ же полку сотникомъ; онъ имѣлъ трехъ сыновей: Василія, служившаго, какъ и его отецъ, сотникомъ, а затѣмъ членомъ краснокутской Нижней расправы въ чинѣ титулярнаго совѣтника, Ивана, дослужившагося до маіорскаго чина, и Захарія, попечителя Харьковскаго университета.
   Семейство Карнѣевыхъ къ богатымъ не принадлежало; за Василіемъ Яковлевичемъ, при выходѣ его въ отставку, числилось всего пять душъ крестьянъ (мужескаго пола); поэтому всѣ они въ раннихъ лѣтахъ шли на службу. Такъ было и съ Захаромъ Яковлевичемъ. Имъ его формулярнаго списка видно, что онъ поступилъ въ военную службу въ 1768 году, когда ему было всего 20 лѣтъ; трудно поэтому думать, чтобы Захаръ Яковлевичъ получилъ сколько нибудь тщательное образованіе; на это не было ни времени, ни средствъ 7). Впрочемъ, въ то время не было, повидимому, въ обычаѣ тратить на воспитаніе такъ много времени, какъ теперь; лица даже изъ извѣстныхъ и богатыхъ фамилій кончали свое воспитаніе и поступали на службу въ такомъ же раннемъ возрастѣ. Примѣръ тому мы видимъ въ Лопухинѣ, одномъ изъ видныхъ дѣятелей первой половины царствованія императора Александра I.
   Въ военной службѣ З. Я. Карнѣевъ пробылъ 14 лѣтъ, оставаясь почти все время въ арміи, дѣйствовавшей на югѣ Россіи и въ Крыму. Здѣсь были о немъ, повидимому, хорошаго мнѣнія, такъ какъ на него были возлагаемы такія обязанности, которыя требуютъ не только знанія и знакомства съ дѣломъ, но предполагаютъ особое довѣріе къ лицу. Такъ, въ 1755 году онъ былъ отправленъ къ некрасовскимъ казакамъ "для приведенія ихъ", такъ значится въ формулярномъ спискѣ, "въ разчувствованіе древней ихъ измѣны и обращенія въ свое отечество". Въ 1782 г. З. Я. Карнѣевъ вышелъ въ отставку въ чинѣ полковника и назначенъ директоромъ экономіи въ Курскую губернію 8); о дѣятельности его въ этой должности не сохранилось никакихъ свѣдѣній. Черезъ три года, въ 1785 году, мы видимъ его уже Орловскимъ вице-губернаторомъ. Къ этому періоду относятся первыя свѣдѣнія, бросающія нѣкоторый свѣтъ на нравственный обливъ Карнѣева: онъ оказывается масономъ и занимаетъ первенствующее мѣсто въ Орловской ложѣ.
   Орловская ложа была заведена однимъ изъ главныхъ сотрудниковъ Новикова И. В. Лопухининъ, и мастеромъ ея или главнымъ надзирателемъ былъ, начиная съ 1786 года, З. Я. Карнѣевъ 9). Когда вступилъ онъ въ масоны, объ этомъ мы не имѣемъ свѣдѣній; надо думать однако, что въ 1785 году онъ уже не былъ новичкомъ, такъ какъ иначе едва-ли бы онъ могъ занимать такую высокую должность въ ложѣ -- главнаго надзирателя теоретическаго градуса. Возможно предполагать, что Карнѣевъ присоединился къ масонамъ еще въ бытность въ военной службѣ. Извѣстно, что въ 70-хъ и 80-хъ годахъ прошлаго столѣтія масонство было очень распространено въ русскомъ образованномъ обществѣ, а въ арміи, бывшей въ Молдавіи, существовали двѣ ложи: ложа Марса, въ Яссахъ, начальникомъ которой былъ Петръ Ивановичъ Мелиссино, младшій братъ Московскаго попечителя, старый масонъ, еще въ 1766 году принадлежавшій къ Петербургской ложѣ 10), и ложа Минервы, въ Сагодурахъ. Намъ не извѣстно также, гдѣ и когда познакомился Карнѣевъ съ И. В. Лопухинымъ; изъ словъ послѣдняго видно, однако, что въ 1796 году они были уже старинными друзьями 11); поэтому знакомство ихъ можно отнести къ 1785 году, когда Лопухинъ, вышедшій въ отставку, проживалъ нѣкоторое время въ своей Орловской деревнѣ. Тамъ, вѣроятно, установились между ними тѣ дружественныя отношенія, о которыхъ можно судить по отзыву Лопухина о Карнѣевѣ, какъ о человѣкѣ, "исполненномъ честности и рѣдкихъ къ службѣ способностей".
   Этотъ отзывъ весьма знаменателенъ; человѣкъ, заслужившій его отъ такой высокоблагородной личности, какою былъ И. В. Лопухинъ, долженъ былъ имѣть выдающіяся достоинства не только въ умственномъ, но и въ нравственномъ отношеніи. И дѣйствительно, сохранился офиціальный документъ, рисующій въ выгодномъ свѣтѣ личность Карнѣева.
   По смерти Екатерины, однимъ изъ первыхъ дѣлъ императора Павла Петровича было помилованіе не малаго числа лицъ, осужденныхъ въ послѣдніе годы царствованія Екатерини, и возвращеніе многихъ, находившихся въ опалѣ. Въ числѣ послѣднихъ былъ И. В. Лопухивъ, черезъ котораго вызванъ былъ въ Петербургъ и его другъ З. Я. Карнѣевъ; впрочемъ, онъ недолго оставался въ Петербугѣ и вскорѣ былъ назначенъ губернаторомъ въ Минскую губернію, гдѣ, въ маѣ 1797 года, принимали императора Павла. Какъ видно, государь остался имъ доволенъ, такъ какъ въ этомъ году Карнѣевъ получилъ въ награду орденъ св. Анны 2-го класса, тотъ же орденъ 1-й степени и, кромѣ того, пенсію въ 1,000 рублей, какъ сказано въ формулярномъ спискѣ "за усердную службу, ревность къ трудамъ и порядочное теченіе дѣлъ въ губерніи".
   Въ 1797 году прошло не болѣе четырехъ лѣтъ со времени присоединенія Минской губерніи. Въ то время, когда край, присоединенный къ Россіи въ 1793 году, принадлежалъ Польшѣ, очень значительная часть населенія его была, или по крайней мѣрѣ считалась исповѣдующею унію. Положеніе уніатскаго населенія и отношеніе его къ православію или, какъ тогда выражались, къ благочестію, было въ различныхъ мѣстахъ присоединеннаго края далеко неодинаково: въ южныхъ частяхъ его, въ Украйнѣ и части Волынской губерніи, унія не имѣла глубокихъ корней. Народъ сохранилъ тамъ русскій языкъ и православные обычаи: разница между уніей и православіемъ имѣла внѣшній характеръ и поддерживалась главнымъ образомъ вліяніемъ польскихъ пановъ и администраторовъ -- латинянъ. Народъ и даже бѣлое духовенство на столько сознавала свою тѣсную связь съ православными, что не встрѣчали препятствій воспитывать своихъ дѣтей въ православныхъ кіевскихъ школахъ или посылать въ православныя церкви 12); извѣстенъ даже случай, что уінатскій священникъ пригласилъ себѣ въ помощники православнаго. При такомъ положеніи дѣла достаточно было уничтоженія внѣшняго давленія, поддерживавшаго унію, чтобы она немедленно рухнула; это и случилось. Какъ скоро населеніе увидѣло, что нѣтъ болѣе препятствій къ переходу въ благочестіе, то въ теченіе двухъ лѣтъ, съ 1794 во 1796 г., почти всѣ уніаты Подольской губерніи и большая часть уніатовъ Волынской, всего болѣе 1.400,000 душъ, приняли православіе 13). Движеніе это было вполнѣ добровольное и подготовлялось издавна; оно только выжидало благопріятныхъ условій для своего проявленія, которыя и были созданы мудрыми мѣрами Екатерины 14). Добровольный характеръ движенія признавали даже враги его -- поляки, какъ видно изъ свидѣтельства современника поляка, которое приведено гр. Толстымъ 15).
   Иначе было дѣло въ Минской губерніи; здѣсь вліяніе Польши было гораздо сильнѣе; населеніе было настолько ополячено, что говорило не иначе, какъ по польски; польскіе паны-владѣльцы чувствовали себя здѣсь дома и потому могли дѣйствовать смѣлѣе; здѣсь же были весьма многочисленны главные представители и дѣятели уніи -- монахи базиліане. Какъ трудно шло здѣсь дѣло возсоединенія, видно изъ того, что въ теченіе двухъ вышеупомянутыхъ лѣтъ число возсоединенныхъ въ Минской губерніи не дошло до 16,000 душъ. Надо еще имѣть въ виду, что въ этомъ числѣ было не мало такихъ, которые приняли православіе не добровольно и впослѣдствіи выражали свое сожалѣніе. Правда, ни Екатерина, ни представитель духовной власти Минской области, архіепископъ Викторъ, не желали принуждать уніатовъ переходить въ православіе; это было предоставлено на волю каждаго; извѣстенъ даже случай, когда архіепископъ Викторъ прямо указывалъ подчиненнымъ ему благочиннымъ неумѣстность всякаго понужденія въ этомъ дѣлѣ! Тѣмъ не менѣе весьма вѣроятно, что со стороны низшихъ исполнителей было иногда выказываемо въ этомъ дѣлѣ излишнее рвеніе, къ чему, впрочемъ, могли подать поводъ и самыя мѣры, принятые Екатериною. Такъ, она распорядилась, чтобы грамота архіепископа Виктора, которою уніатское населеніе приглашалось "въ объятія церкви, матери вашей" 16), была объявлена "по всѣмъ городамъ и селеніямъ.... съ пособіемъ управляющихъ земской полиціей"; при этомъ генералъ-губернатору поручалось "въ таковомъ богоугодномъ дѣлѣ оказывать всевозможное пособіе, и тѣмъ паче, что сіе есть самое надежное средство къ утвержденію народа тамошняго въ единомысліи и спокойствѣ" 17). Какъ бы то ни было, но еще при жизни Екатерины Синоду пришлось выслушивать жалобы возсоединенныхъ на неудобства, испытываемыя ими вслѣдствіе отсутствія священниковъ; такія жалобы не прекращались; оказалось даже, что жители многихъ селеній пожелали вновь обратиться въ унію. Императоръ Павелъ Петровичъ, при посѣщеніи Минской губерніи, обратилъ вниманіе на эти колебанія нѣкоторыхъ уніатовъ и повелѣлъ губернатору Карнѣеву "объѣхать всѣ тѣ селенія, въ которыхъ уніатскія церкви превращены въ благочестивыя, но жители въ тѣ церкви ходить и священныя требы получать уклоняются, и буде онъ, господинъ губернаторъ, найдетъ, что жители добровольнаго желанія къ присоединенію къ церкви нашей не объявили и всегда желали оставаться въ уніи, тамъ имъ ни препятствія, ниже принужденія никакого чинить не позволять, однимъ словомъ, стараться возстановить спокойствіе каждаго въ его совѣсти и отвратить раздоръ и ссоры" 18).
   Въ исполненіе этого повелѣнія Карнѣевъ объѣхалъ свою губернію и собранныя наблюденія изложилъ во всеподданнѣйшемъ рапортѣ 19), рисующемъ его, какъ человѣка не только глубоко религіознаго и понимающаго важное значеніе религіозныхъ вопросовъ для народа, но вмѣстѣ съ тѣмъ чуждаго вѣроисповѣдной нетерпимости, врага принудительныхъ мѣръ въ дѣлахъ совѣсти, безпристрастно цѣнящаго достоинство священнослужителей обоихъ вѣроисповѣданій.
   На сколько въ этомъ рапортѣ отразились личныя свойства и убѣжденія его автора, Карнѣева, и на сколько выраженныя въ немъ мысли навѣяны извнѣ тогдашнимъ настроеніемъ высшихъ сферъ и преимущественно самого императора Павла, трудно рѣшить. Нельзя отрицать, что общеніе съ масонами должно было оставить слѣды на Карнѣевѣ, принимавшемъ живое участіе въ ихъ дѣятельности въ бытность начальникомъ Орловской ложи, а нравственныя цѣли, общія всѣмъ масонамъ, выражались въ духѣ терпимости, снисходительности къ ошибкамъ и заблужденіямъ ближнихъ, въ борьбѣ съ фанатизмомъ и суевѣріемъ, въ мечтахъ о всеобщей взаимной любви и помощи. Надо однако сознаться, что эти возвышенные принципы оставались большею частью на словахъ, а дѣло нерѣдко вовсе расходилось со словомъ. Такія убѣжденныя личности, какъ Шварцъ, отдавшій все свое имущество для пользы общаго масонскаго дѣла, были не болѣе, какъ исключеніе. Большинство плыло по теченію: замѣчали они въ дѣйствіяхъ высшей власти проявленія терпимости въ вѣроисповѣдномъ вопросѣ, стремленіе избѣгнуть мѣръ принужденія,-- и они становились снисходительными въ чужимъ убѣжденіямъ, не только не препятствовали населенію,-- не смотря на предшествовавшее присоединеніе къ православію,-- исповѣдовать унію, если таково было его искреннее желаніе, но даже не находили препятствія къ допущенію нѣкоторыхъ особенностей въ богослуженіи, несогласныхъ съ православными обычаями. Но измѣнилось настроеніе высшей власти, тотчасъ измѣнились и ихъ отношенія къ дѣлу. Это случилось и съ Карнѣевымъ. Мы говорили выше о томъ, съ какою терпимостью отнесся императоръ Павелъ Петровичъ къ возсоединеннымъ уніатамъ, сожалѣвшимъ о своемъ обращеніи; естественно, что такое отношеніе въ этому вопросу императора не могло не вызвать въ средѣ уніатскаго духовенства стремленія возвратить себѣ отклонившуюся отъ него паству; если же припомнить, какъ перепутано было уніатское населеніе съ православнымъ во многихъ мѣстахъ вновь присоединеннаго края, то легко сообразитъ, что должны были возникнуть многочисленныя недоразумѣнія между православными и уніатами. Дѣйствительно, на слѣдующій же 1798-й годъ въ нѣкоторыхъ селеніяхъ Волынской губерніи уніаты силою отняли церкви отъ православныхъ. Генералъ-губернаторъ Гудовичъ посмотрѣлъ на это дѣло очень серьезно и отдалъ зачинщиковъ подъ судъ. Императоръ не только одобрилъ эту мѣру, но и предписалъ Гудовичу употреблять все возможное стараніе, чтобы узнавать о подобныхъ соблазнителяхъ, дабы поступать съ ними по законамъ. Такія же явленія обнаружились и въ Минской губерніи и по поводу ихъ было устроено въ Минскѣ особое совѣщаніе; въ немъ участвовали -- губернаторъ Карнѣевъ, православный архіепископъ Іовъ и уніатскій епископъ Іосафатъ Булгакъ. Было постановлено, чтобы всякій уніатъ, живущій въ православномъ приходѣ, имѣлъ записку отъ православнаго священника; чтобы уніатъ священникъ не имѣлъ права въѣзжать для требъ въ православный приходъ, а если ему настояла въ этомъ необходимость, то онъ долженъ совершать требу въ присутствіи православнаго священника или по его запискѣ 20).
   Въ Минскѣ Карнѣевъ оставался до 1808 года, когда онъ былъ назначенъ сенаторомъ, а два года спустя сдѣлавъ членомъ вновь учрежденнаго Государственнаго Совѣта. Въ этотъ періодъ его петербургской жизни мы опять имѣемъ нѣкоторыя свѣдѣнія о его дѣятельности, именно о его участіи въ Библейскомъ обществѣ. Имя его встрѣчается въ числѣ присутствовавшихъ на нервомъ собраніи этого общества, происходившемъ 11-го января 1813 года въ домѣ князя Александра Николаевича Голицина, въ то время главноуправляющаго дѣлами иностранныхъ исповѣданій. Надо думать, что Захаръ Яковлевичъ принималъ дѣятельное участіе въ дѣлахъ общества, такъ какъ два года спустя, въ 1815 году, его избрали въ вице-президенты 21). Здѣсь, вѣроятно, съ нимъ познакомился главный дѣятель и президентъ Библейскаго общества, князь А. H. Голицынъ; Карнѣевъ успѣлъ пріобрѣсти его расположеніе и, когда Голицынъ сдѣлался министромъ духовныхъ дѣлъ и народнаго просвѣщенія и открылась вакансія попечителя Харьковскаго университета и его округа, то онъ предложилъ это мѣсто Карнѣеву. Это было въ 1817 году. Карнѣевъ, надо замѣтить, не искалъ этого мѣста, оно было ему предложено, такъ какъ его желали видѣть на немъ. Доказательствомъ служитъ офиціальный рапортъ Карнѣева министру народнаго просвѣщенія, въ которомъ онъ доноситъ, что императоръ Александръ Павловичъ, въ бытность въ Харьковѣ, 17--18 сентября 1817 года, вскорѣ по назначеніи Карнѣева попечителемъ, благодарилъ его за согласіе принять на себя званіе попечителя. Это обстоятельство устраняетъ предположеніе о томъ, что Карнѣевъ добивался мѣста попечителя ради тщеславія или своихъ личныхъ выгодъ; скорѣе можно думать, что ему ввѣрили управленіе воспитаніемъ и образованіемъ во всей южной части имперіи, какъ лицу надежному, пользовавшемуся полнымъ довѣріемъ и способному дать этому дѣлу желаемое въ высшихъ сферахъ направленіе.
   Въ Харьковъ Карнѣевъ пріѣхалъ уже не тѣмъ, какимъ онъ былъ въ бытность минскимъ губернаторомъ; это былъ 69-лѣтній старикъ, замѣтно ослабѣвшій физически и съ рѣзко опредѣлившимся, крайне узкимъ взглядомъ на науку и просвѣщеніе, нетерпѣвшимъ никакого противорѣчія 22).
   Фактъ достойный вниманія. То, что случилось съ Карнѣевымъ, не было явленіемъ единичнымъ; то же было со всѣми выдающимися русскими масонами, конечно, тѣми, которые были искренно преданы масонству, а не принимали его ради моды, или какъ средство для достиженія своихъ личныхъ цѣлей. Карнѣевъ, наравнѣ съ другими главнѣйшими московскими мартинистами, сдѣлался мистикомъ. Мистицизмъ, какъ вѣра въ существованіе особыхъ непреложныхъ законовъ, непонятныхъ обыкновенному разуму, но доступныхъ только для избранныхъ, привелъ ихъ, съ одной стороны, въ розенкрейцерству, съ другой -- къ недовѣрію къ силѣ науки. Послѣднее убѣжденіе встрѣчаетъ у всѣхъ выдающихся мартинистовъ. Шварцъ, первый и главный дѣятель московскаго мартинизма, убѣждалъ слушателей своихъ приватныхъ лекцій, что "не надо полагаться на одну лишь науку безъ содѣйствія религіи, отвергая которую человѣкъ идетъ къ паденію, а опытъ доказываетъ, что наука, не просвѣтленная христіанствомъ, обращается во зло" 23). Не менѣе опредѣленно выражался другой выдающійся мартинистъ -- Новиковъ; по его убѣжденію, всѣ науки сходятся въ религіи; лишь въ ней разрѣшаются ихъ важнѣйшія проблемы; безъ нея, говорилъ онъ, никогда не доучитесь, а при томъ и не будете спокойны 24). Тотъ же самый взглядъ встрѣчаемъ и у И. В. Лопухина 25).
   Погромъ мартинистовъ въ 1792 году окончился собственно только для одного Новикова строгимъ наказаніемъ, заключеніемъ въ Шлиссельбургской крѣпости; двое другихъ вынуждены были уѣхать на жительство въ свои имѣнія (князь Трубецкой и Тургеневъ), всѣ же остальные были оставлены въ покоѣ, продолжали занимать свои должности, а по вступленіи на престолъ Павла Петровича были даже удостоены особымъ вниманіемъ. Многіе изъ нихъ встрѣчаются въ числѣ дѣятельныхъ членовъ Библейскаго общества, образовавшагося при императорѣ Александрѣ I. Они-то внесли въ среду этого общества наклонность къ мистицизму, которая, встрѣтивъ чрезвычайно благопріятныя условія какъ въ расположеніи самого императора, такъ и вообще въ обстоятельствахъ того времени, развилась до небывалой степени и выродилась, наконецъ, въ самый дикій обскурантизмъ.
   Хотя прежніе мистики сомнѣвались во всесиліи науки и поражали убѣжденіе въ необходимости особаго откровенія для постиженія тайнъ природы, однако они не заподозрѣвали науку въ злокозненныхъ стремленіяхъ и не старались представить всякую свободную, безпристрастную мысль, какъ зловредное порожденіе лжеименнаго разума. Развитіе піетически-обскурантнаго направленія въ послѣдніе годы царствованія императора Александра Павловича шло чрезвычайно быстро и главное средоточіе его было въ Библейскомъ обществѣ, президентъ котораго, князь А. Н. Голицынъ, былъ и министромъ народнаго просвѣщенія. Такъ какъ выборъ попечителей зависѣлъ отъ него, то естественно, что они назначались преимущественно тѣ, которые по ихъ искреннему или притворному мистическому направленію подходили къ настроенію министра. Такимъ былъ Карнѣевъ, и поэтому понятно, что, принимая мѣсто въ Харьковѣ, онъ бралъ на себя ясно опредѣленную миссію -- развить и воспитать въ Харьковѣ то направленіе, представителемъ котораго былъ пославшій его князь Голицынъ.
   Карнѣевъ дѣятельно принялся за выполненіе своей миссіи; тотчасъ по прибытіи въ Харьковъ, обозрѣвъ университетскія зданія и побывавъ на нѣкоторыхъ экзаменахъ, онъ отправилъ министру обширное письмо съ изложеніемъ мѣропріятій, какія онъ нашелъ необходимыми для улучшенія состоянія университета. Мы приводимъ это письмо 26) почти цѣликомъ:
   "По осмотрѣ строенія обратилъ я",-- пишетъ З. Я. Карнѣевъ,-- "примѣчаніе мое на образъ мыслей и способы ученія господъ профессоровъ, адьюнктовъ и прочихъ учителей въ университетѣ и гимназіи, равно на успѣхи учениковъ и общій однихъ и другихъ духъ въ учебныхъ предметахъ, особливо на главное основаніе просвѣщенія, духъ религіи, коимъ должны начинаться всѣ предметы учености и къ усовершевствованію котораго въ правилахъ чистой вѣры, утверждаемой на возваніи Евангельской истины, должны они стремиться, яко къ единственной цѣли блажевства временнаго и вѣчнаго, пріуготовляя отличныхъ гражданъ для отечества земнаго и вѣрныхъ сыновъ отечеству небесному.
   "Вниманіе къ открытію истины сего предмета требовало и времени и долгаго обращенія съ господами профессорами, и другими учителями, и со студентами, и всѣми учащимися. И какъ при первомъ шагѣ замѣтилъ я, что, кромѣ гимназіи, гдѣ ученіе Закону Божію было преподаваемой въ университетѣ часть сія совсѣмъ оставлена была въ небреженіи, почему студенты, свободно слѣдуя мало образованнымъ въ познаніи вѣры умамъ своимъ, не знали обязанности ни посѣщать храма Божія, ни дома учиться Евангельской истинѣ изъ чтенія Священнаго писанія. О чемъ много разсуждая съ профессорами и студентами, наконецъ, въ первый пріѣздъ мой рѣшился я, снесясь съ преосвященнымъ здѣшнимъ, испросить для студентовъ въ соборѣ, а для гимназистовъ въ приходской церкви по способности отдѣленныя мѣста, куда бы студенты съ инспекторомъ изъ профессоровъ и его помощниками, а ученики гимназіи съ директоромъ и своими учителями ходили въ праздничные и воскресные дни къ обѣдни, собираясь для сего за часъ предъ обѣднею -- студенты въ университетской залѣ, а ученики гимназіи въ своей, и слушая Евангеліе, къ изъясненію котораго приговоренъ въ университетъ, по дозволенію преосвященнаго, ученый и благочестивый протоіерей съ маленькимъ жалованьемъ, который, начавши съ первой главы Матвѣя, проходитъ со студентами по порядку все Евангеліе, изъясняя имъ истинный смыслъ онаго; въ гимназіяхъ отличный священникъ, учащій закону Божію, толкуетъ имъ ежедневное Евангеліе, послѣ чего идутъ они къ обѣднѣ".
   "Подвигъ сей не только въ профессорахъ и учителяхъ, но и въ самихъ студентахъ и ученикахъ гимназіи возбудилъ желаніе вступить членами въ Библейское общество и число ихъ понынѣ простирается до 128 человѣкъ, а сумма, подписанная ими, до 914 рублей 27).
   "Съ такимъ возженіемъ, по благости Божіей, въ духѣ учащихъ и учащихся нѣкотораго луча вѣры, оставилъ я ихъ, предавъ благому промыслу Божію о насъ далѣе дѣйствовать въ сердцахъ ихъ къ стяжанію твердости въ вѣрѣ, которая растетъ по мѣрѣ изпраздненія или очищенія умственныхъ идей, порождаемыхъ ложнымъ мудрствованіемъ".
   "По прошествіи трехъ недѣль прибылъ я паки въ университетъ къ продолжавшимся экзаменамъ и, посѣщая оные и частно и, наконецъ, 30-го іюля на генеральномъ слушая рѣчи и прочія сочиненія въ университетѣ студентовъ, а въ гимназіи учениковъ, гдѣ во все время присутствовалъ и преосвященный Павелъ, нашелъ успѣхи хорошіе, о которыхъ, равно какъ и самыя сочиненія, напечатавши, не умедлю представить на благоусмотрѣніе вашего сіятельства".
   "Между тѣмъ, не теряя изъ виду подвига о благочестіи и преуспѣяніи въ вѣрѣ, къ чему положено начало въ первый мой пріѣздъ, узналъ, съ общему и ихъ и своему удовольствію, отъ священниковъ, изъясняющихъ Евангеліе, что нѣкоторые изъ студентовъ и учениковъ гимназіи, пріобрѣтая и въ собственность Библію, охотно поучаются слову Божію и, хотя число ихъ и мало, но и за то слава Богу. Прочіе жъ, кромѣ самихъ нерадивыхъ и развратившихся, но и то не въ большомъ числѣ, приходятъ къ слушанію Слова Божія и въ церковь по обязанности, опасаясь взысканія; но я надѣюсь на благодать Божію, что она и сихъ закоснѣвшія сердца, какъ юныя и мало-по-малу направитъ къ истинѣ и возжетъ въ нихъ сладостное влеченіе къ поразительной красотѣ слова Божія".
   "Теперь, по окончаніи экзаменовъ, распущены и студенты, кромѣ нѣкотораго числа состоящихъ на казенномъ содержаніи, такъ же и въ гимназіи, и я подтвердилъ г. ректору, чтобы слушаніе Слова Божія и хожденіе въ церковь по праздничнымъ и воскреснымъ днямъ, остающимися студентами и учениками гимназіи продолжались непремѣнно".
   "Со второй половины августа, по окончаніи вакаціоннаго времени, когда начнутъ собираться учащіеся, явлюсь я паки въ университетъ и наблюдать буду, чтобы заведенный порядокъ въ поученіи Слова Божія между всѣми науками по уставу не только не былъ прерываемъ, но возрасталъ бы и болѣе; тогда можно будетъ ожидать благословеніе свыше и на всѣ подвиги учащихъ и учащихся".
   Распоряженія Карнѣева удостоились полнаго одобренія не только со стороны министра, князя Голицына, но и самого императора, которому былъ прочтенъ докладъ Карнѣева. Въ письмѣ отъ 14-го августа министръ увѣдомлялъ: "Его Императорское Величество весьма былъ доволенъ всѣмъ тѣмъ, что вами сдѣлано по сему предмету. Увѣдомляя васъ, милостивый государь, о семъ, присовокупляю къ попечительности вашей о томъ существенномъ для истиннаго учебнаго образованія юношества основаніи и съ моей стороны усильнѣйшую просьбу продолжать обращать величайшее на то вниманіе и всячески къ тому содѣйствовать. Я увѣренъ, что съ помощью Божіей произведетъ сіе большое вліяніе на нравственную часть между учащимися и свѣтъ животворной истины водворится вмѣсто ложнаго просвѣщенія".
   Вскорѣ Карнѣеву пришлось выслушать одобреніе принятыхъ имъ мѣръ отъ самого императора; при посѣщеніи Харькова, въ сентябрѣ 1817 года, Александръ Павловичъ былъ очень милостивъ къ Карнѣеву, одобрилъ его первоначальныя мѣры и требовалъ, чтобы между учащимися было вводимо, сколько можно, чтеніе св. Евангелія, "духъ же Божій пошлетъ каждому разумѣніе по мѣрѣ силъ къ исполненію воли Господней" 28). Высочайшее одобреніе придало еще болѣе энергіи Карнѣеву; не огра