# А. Михайлов. Наши дети. Очерки. Спб. 1881

Александр Константинович Шеллер-Михайлов

А. Михайловъ. Наши дѣти. Очерки. Спб. 1881.

Г. Михайловъ -- трудолюбивый и благонамѣренный романистъ, трудолюбивый и благонамѣренный поэтъ, есть вмѣстѣ съ тѣмъ трудолюбивый и благонамѣренный компиляторъ: "Наши дѣти" не первая его работа въ этомъ родѣ. Понятно, что въ дѣлѣ компиляціи трудолюбіе и благонамѣренность представляютъ гораздо большія гарантіи, чѣмъ въ области беллитристики и поэзіи. И дѣйствительно, книжка "Наши дѣти" навѣрное прочтется многими съ большимъ интересомъ и пользою. Это работа старательная, иллюстрированная значительнымъ количествомъ фактовъ, способная навести на серьёзныя размышленія. Мы не хотимъ, однако, сказать, чтобы она не могла быть исполнена лучше. Напротивъ. Дѣло въ томъ, что трудолюбіе и благонамѣренность, будучи прекрасными качествами вообще и драгоцѣнными для компилятора въ особенности, могутъ иногда затруднить писателя. Если писатель лишь въ слабой степени обладаетъ способностью систематизировать факты, если при этомъ намѣченный имъ для изслѣдованія предметъ очень сложенъ, то понятно, что положеніе писателя тѣмъ труднѣе, чѣмъ онъ трудолюбивѣе и благонамѣреннѣе. Эти прекрасныя качества побуждаютъ его изслѣдовать вопросъ со всѣхъ сторонъ, прихватывать различныя сопредѣльныя группы фактовъ, дѣлать экскурсіи направо и налѣво и попадать въ лабиринтъ, изъ котораго его выручить могла бы только крупная способность систематизаціи. Г. Михайловъ находится именно въ такомъ положеніи. "Наши дѣти" -- предметъ очень сложный, соприкасающійся едва ли не со всѣми сторонами общественной жизни и еще съ разными другими предметами. Уже на первомъ шагѣ изслѣдованія мы встрѣчаемся, напримѣръ, съ наслѣдственностью въ физіологическомъ смыслѣ и съ наслѣдствомъ, какъ юридическимъ явленіемъ, а отсюда масса крайне разнородныхъ научныхъ и практическихъ вопросовъ, разбираясь въ которыхъ, изслѣдователь можетъ удалиться отъ своей задачи за тридевять земель въ тридесятое царство. Или, напримѣръ, возьмемъ малолѣтняго на фабрикѣ. Говорить объ немъ, значитъ, нетолько нарисовать картину его положенія въ гигіеническомъ, умственномъ, нравственномъ отношеніи, но и опредѣлить условія производства, побуждающія промышленность утилизировать дѣтскій трудъ, условія экономическаго строя вообще и семейной жизни, побуждающія родителей отдавать дѣтей на фабрики, государственныя мѣры, способствовавшія или препятствовавшія этому явленію, или регулирующія его путемъ фабричнаго законодательства, значеніе школы для народной жизни и проч., и проч. Г. Михайловъ вышелъ изъ этихъ затрудненій не блистательно. Мѣстами онъ просто бросаетъ горстями факты безъ опредѣленнаго отношенія къ основной задачѣ. Для примѣра, укажемъ на соображенія о заразительности преступленій и деморализующемъ значеніи мелкой, скандальной французской прессы, о нищенствѣ, о конкурренціи рабочихъ домовъ и т. п. Всѣ эти и еще многіе другіе эпизоды разработаны слишкомъ кратко для того, чтобы имѣть какое-нибудь самостоятельное значеніе, и вмѣстѣ съ тѣмъ слишкомъ обширны въ качествѣ эпизодовъ книги о "нашихъ дѣтяхъ". Г. Михайловъ слишкомъ часто теряетъ чувство логической перспективы и свою собственную руководящую нить. Тѣмъ не менѣе, книга его, повторяемъ, многими прочтется съ интересомъ и пользою.


"Отечественныя Записки", No 4, 1881