# Стихотворения

Станислав Трембецкий

Воздушный шар ("Гдѣ только орёлъ быстрымъ лётомъ своимъ...")

Из поэмы "Софиевка" ("Край утѣшный взору! Всѣ плоды земные! ...")

Перевод В. Г. Бенедиктова

ПОЭЗІЯ СЛАВЯНЪ


## СБОРНИКЪ. ЛУЧШИХЪ ПОЭТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. СЛАВЯНСКИХЪ НАРОДОВЪ


ВЪ ПЕРЕВОДАХЪ РУССКИХЪ ПИСАТЕЛЕЙ


ИЗДАННЫЙ ПОДЪ РЕДАКЦІЕЮ

НИК. ВАС. ГЕРБЕЛЯ


САНКТПЕТЕРБУРГЪ


1871


## ПОЛЬСКІЕ ПОЭТЫ.


Воздушный шаръ. -- В. Бенедиктова

Изъ поэмы "Софіевка". -- В. Бенедиктова


## С. ТРЕМБЕЦКІЙ.


Станиславъ Трембецкій родился въ 1730 году въ селеньи Ястребники, не далеко отъ Кракова. Въ 1752 году онъ вступилъ въ число студентовъ Краковской академіи, гдѣ профессоръ и поэтъ Томецкій имѣлъ большое вліяніе на развитіе его поэтическаго таланта. По окончаніи курса, Трембецкій объѣхалъ Европу и засѣлъ въ Парижѣ, гдѣ вскорѣ перезнакомился съ извѣстнѣйшими тогдашними учоными и писателями французскими, не исключая и знаменитыхъ въ то время энциклопедистовъ, и кончилъ тѣмъ, что нашолъ доступъ къ двору Людовика XV. Продолжительное пребываніе въ Парижѣ обошлось Трембецкому не дёшево, что, наконецъ, и побудило его возвратиться домой.

Трембецкій писалъ бойко, имѣлъ тонкій вкусъ и былъ хорошо знакомъ съ латинскими классиками и даже съ мало-читаемыми въ то время старинными польскими поэтами періода Сигизмундовъ. Ему принадлежитъ слава перваго въ свое время стилиста; услуги оказанныя имъ языку -- огромны. Самъ Мицкевичъ считалъ его первокласснымъ мастеромъ по отдѣлкѣ стиха, и научился у него многому. Лучшимъ произведеніемъ Трембецкаго считается его описательная поэма "Софіевка", воспѣвающая красоты сада графа Феликса Потоцкаго, устроеннаго этимъ магнатомъ близь Умани, уѣзднаго города Кіевской губерніи, и стоившаго ему милліоны. Обожатель Станислава Августа, онъ сопровождалъ этого злополучнаго короля по-всюду и даже въ Петербургъ, куда, по смерти Екатерины, король былъ вызванъ императоромъ Павломъ. Здѣсь Трембецкій прожилъ до смерти короля, послѣдовавшей въ 1798 году, послѣ чего воротился домой. Послѣдніе годы своей жизни обѣднѣвшій Трембецкій проживалъ то у Чарторыжскаго въ Грановѣ, то у Щенснаго Потоцкаго въ Софіевкѣ, то у Яна Потоцкаго въ Тульчинѣ. Трембецкій умеръ 12-го декабря 1812 года и погребенъ въ тульчинскомъ монастырѣ.

I.

ВОЗДУШНЫЙ ШАРЪ.

Гдѣ только орёлъ быстрымъ лётомъ своимъ

Птицъ робкихъ внезапно пугаетъ,

И гнѣвный Юпитеръ огнёмъ громовымъ

Воздушную область пронзаетъ --

Глядь -- двое изъ смертныхъ летятъ! Побѣдить

Задумавъ искуствомъ природу,

И опытъ Икара рѣшась повторить,

Взнеслись они въ горнему своду.

Вздымаемый шаромъ раздутымъ, челновъ

Несётъ ихъ; пловцы не робѣютъ.

Рулёмъ управляетъ невѣдомый рокъ,

А вѣтеръ командуетъ. Рѣютъ.

Ужь дольныя зданья чуть видимы. Взглядъ

Иныя встрѣчаетъ картины

И образы: вмѣсто тѣхъ стройныхъ громадъ

Въ туманѣ мелькаютъ руины.

Король и сенаторъ и пахарь простой

У смѣлыхъ пловцовъ подъ ногами

Смѣшались покрытые пылью густой,

Всѣ ползаютъ тамъ червяками.

Какъ мокраго дѣтскаго пальца слѣдокъ

Порой, на столѣ провелённый,

Такъ Вислы могучій, шумливый потокъ

Является имъ, измѣнённый.

Сбѣгается въ рѣдкой потѣхѣ народъ --

И сколько тутъ кликовъ, вопросовъ!

Летящихъ чаруетъ успѣшный полётъ:

По своему мыслитъ философъ.

Природа тройной хоть стѣной оградись --

Стремящійся въ даль понемногу

И въ глубь человѣческій разумъ и въ высь

Пробьётъ себѣ всюду дорогу.

Онъ дикую силу стихій превозмогъ,

И -- съ ихъ ломовымъ произволомъ

Въ бореньи -- отъ суши онъ воду отилёкъ,

Горамъ повелѣлъ онъ быть доломъ;

Морямъ онъ свои поручилъ корабли;

Средь волнъ, побѣждающій бури,

Сокровища вырылъ изъ нѣдръ онъ земли

И плавать сталъ въ горней лазури.

Плыви, вознесись благороднѣйшій чолнъ!

Силъ вражьихъ не бойся удара,

Твой подвигъ славнѣе средь жизненныхъ волнъ,

Чѣмъ подвигъ отважный Бланшара!

В. Бенедиктовъ.

II.

ИЗЪ ПОЭМЫ "СОФІЕВКА".

Край утѣшный взору! Всѣ плоды земные!

Молока да мёду -- рѣки разливныя!

Для коней летучихъ пастбище открыто:

Прядаютъ со ржаньемъ. А волы, волы-то!

Сколько ихъ тутъ бродитъ! что за великаны!

Здѣсь свой хвостъ тяжолый тучные бараны

Возятъ на колёсахъ. Почва плодотворна

Такъ, что ей посѣвомъ ввѣренныя зёрна

Бистро съ вавилонскимъ размноженьемъ спѣютъ.

На распашку взглянешь: нивы сплошь чернѣютъ.

Здѣсь людскою кровью тукъ земли умноженъ

И кусками труповъ щедро переложенъ:

Онъ досѣль, сохою взрытъ для жатвы новой,

Въ знавъ персидскихъ шествій кажетъ клыкъ слоновый.

Азія встрѣчалась тутъ съ мечёмъ Европы,

Съ шляхтой многократно рѣзались холопы,

Швы золотыя въ степи обращались,

Безъ покосу травы дикія сгущались,

Кроя родъ пиѳоновъ -- гадинъ ядовитыхъ;

А потомъ, хоть браней не было открытыхъ,

Мучили Украйну -- дщерь любви и нѣги --

То вторженья Сѣчи, то татаръ набѣги.

Длился миръ немирный; тамъ -- торчали пики,

Тамъ -- свистѣли стрѣлы. Безпощадно-дики

Были силы вражьи. Злыя эти силы,

Да разбой, хищенье и сосѣдъ немилый

Жить въ глуши по-одаль часто вынуждали

Тѣхъ, кто побогаче; въ люди попадали

И тучнѣли въ благахъ дерзкіе пришельцы,

Челядь да жолнерство, а землевладѣльцы

Отъ своихъ доходовъ малыя лишь части

Еле получали. Нынѣ жь всюду власти

Прочно утвердились, каждому открыты

Право и законность, всякъ -- не безъ защиты,

Варварство исчезло, жизнь пошла иная,

И въ довольствѣ стала сторона родная

Тѣмъ, чѣмъ быть ей надо. Множество помчалось

Кораблей всесвѣтныхъ по морю, что звалось

Негостепріимнымъ, чтобъ для всѣхъ потребнымъ

Запастись зерномъ тутъ сытнымъ, бѣлохлѣбнымъ.

Сдернута, упала смертная завѣса,

И, возставъ изъ гроба, принялась Одесса

Плодъ тотъ, землепашцевъ потомъ окроплённый,

Замѣнять блестящей выручкой червонной.

Вызваны порядкомъ мудрымъ изъ-забвенья --

Глядь -- преобразились бѣдныя селенья,

И пустынный уголъ населился -- занятъ

И все пуще новыхъ поселенцевъ манитъ...

В. Бенедиктовъ.