# Накануне демократизации политического строя Галиции

Леон Василевский

## Наканунѣ демократизаціи политическаго строя Галиціи.


(Письмо изъ Австріи).


I.


Галиція играетъ совершенно исключительную роль въ жизни двухъ крупныхъ національностей -- польской и украинской, не смотря на то, что только сравнительно незначительное меньшинство каждой изъ нихъ живетъ на галиційской территоріи. Изъ общаго числа поляковъ, доходящаго въ настоящее время до 23-24 милліоновъ, въ Галиціи ихъ немногимъ болѣе 4 1/2 милл. Между тѣмъ Галиція является единственнымъ убѣжищемъ свободнаго развитія польской культурно-національной жизни во всемъ ея объемѣ. Польское населеніе здѣсь невозбранно пользуется роднымъ языкомъ въ школѣ, въ судопроизводствѣ и въ административныхъ учрежденіяхъ, оно можетъ свободно создавать національныя организаціи, начиная съ экономическихъ и кончая военными, и постепенно превращать Галицію въ главный очагъ общенаціональной работы всего польскаго народа. Вѣдь единственные польскіе университеты и высшія техническія и спеціальныя учебныя заведенія находятся въ Галиціи -- въ Краковѣ и во Львовѣ. Среди профессоровъ едва-ли не половина поляковъ изъ Познани и русской Польши. Тысячи поляковъ-студентовъ изъ Россіи ежегодно наплываютъ во львовскій политехническій институтъ, въ краковскій и львовскій университеты, въ земледѣльческую академію въ Дублянахъ, во львовскій ветеринарный институтъ и во львовское лѣсное училище. Единственная польская академія наукъ -- въ Краковѣ. Единственственная польская академія художествъ -- тамъ же. Центръ польской литературной и художественной, не говоря уже о научной, жизни перемѣстился изъ Еаршавы въ Краковъ и во Львовъ. Надежды на возможность соперничества Варшавы съ Краковомъ, вспыхнувшія было въ 1905 году, разсѣялись, какъ дымъ, и въ настоящее время даже варшавскія издательскія фирмы перенесли свою дѣятельность въ Галицію. Всѣ новыя произведенія Жеромскаго, Сѣрошевскаго, Даниловскаго, Струга, Мицинскаго, Налковской и множества другихъ уроженцевъ Царства Польскаго, Литвы и правобережной Украины печатаются исключительно въ Галиціи, не говоря уже о полныхъ собраніяхъ твореній польскихъ классиковъ -- Мицкевича, Словацкаго, Красинскаго и др., надъ значительной частью произведеній которыхъ и до сихъ поръ тяготѣетъ русскій цензурный запретъ..

Однако Галиція не только въ области литературно-художественной и научной дѣятельности польскаго общества играетъ въ настоящее время первенствующую роль. Все сильнѣе и сильнѣе обнаруживается ея вліяніе и на политическое настроеніе двухъ остальныхъ частей Польши. Въ то время, какъ варшавскіе и, до извѣстной степени, познанскіе поляки лишены возможности совершенно открыто высказывать и проводить свои національно-политическіе взгляды, въ Галиціи никто имъ не мѣшаетъ это дѣлать. И на галиційской почвѣ возникаетъ богатая публицистическая литература "на вывозъ", здѣсь существуютъ цѣлыя организаціи, не задающіяся вовсе мѣстными цѣлями...

Прежнее высокомѣрное отношеніе "варшавяковъ" къ "галичанамъ" мало-по-малу исчезло, такъ какъ первымъ пришлось не разъ убѣдиться, что "отсталая", "ретроградная", "клерикальная" Галиція прогрессируетъ во всѣхъ отношеніяхъ, между тѣмъ, какъ въ ихъ столицѣ -- Варшавѣ вдругъ оказывается вдвое больше неграмотныхъ, чѣмъ въ сельскихъ округахъ Галиціи. И "варшавяки" стали нѣсколько иначе смотрѣть на ту часть родной страны, которая какъ ни какъ вотъ ужъ почти 50 лѣтъ пользуется самоуправленіемъ. Пришлось бросить пренебреженіе и пойти къ "галичанамъ" на выучку.

А поучиться здѣсь было чему. Галиційскіе порядки, правда, еще весьма далеки отъ совершенства, но при сравненіи ихъ съ безотрадной дѣйствительностью другихъ частей Польши многое должно представиться очень внушительнымъ. Ростъ школьнаго дѣла, громадный процентъ крестьянскихъ сыновей въ высшихъ учебныхъ заведеніяхъ, распространеніе кооперативовъ по деревнямъ, широкое крестьянское движеніе, поразительная вліятельность соціалистической организаціи при эмбріональномъ состояніи крупной фабричной промышленности, распространеніе печати въ массахъ, культурная самодѣятельность общества -- все это не можетъ не возбуждать зависти у закордонныхъ соплеменниковъ "галичанъ".

Однако къ этой зависти примѣшивается и элементъ гордости, такъ какъ вѣдь галичане не только самимъ себѣ обязаны прогрессомъ края. Нѣтъ такой области, въ которой на галиційской почвѣ рядомъ съ мѣстными уроженцами не работали бы выходцы изъ Познани и, особенно, изъ русской Польши. Начиная съ канцелярій областного правленія во Львовѣ и кончая редакціями уличныхъ листковъ, повсюду мы встрѣчаемъ невольныхъ и вольныхъ эмигрантовъ, пребывающихъ здѣсь временно или вполнѣ акклиматизировавшихся. Взаимодѣйствіе интеллигентныхъ силъ, происходящихъ изъ самыхъ различныхъ уголковъ бывшей Рѣчи Посполитой, сказывается на всей галиційской жизни. И именно благодаря этому взаимодѣйствію такъ сильно вліяніе Галиціи на остальныя области Польши. Выходцы изъ нихъ не теряютъ связи съ ними и по мѣрѣ увеличенія количества этихъ выходцевъ (временныхъ или постоянныхъ) ростетъ и вліяніе Галиціи.

Такъ обстоитъ дѣло съ польскимъ элементомъ Галиціи. Едвали однако не болѣе значительную роль играетъ Галиція въ общеукраинскомъ національномъ движеніи, хотя украинцевъ въ Галиціи еще меньше, чѣмъ поляковъ, всего 3 1/2 милліона, въ то время, какъ въ Россіи ихъ насчитывается около 30 милліоновъ.

Если поляки-галичане во многихъ отношеніяхъ опередили своихъ собратьевъ въ русской и особенно въ прусской Польшѣ, то все-таки средній уровень культурно-національнаго развитія трехъ частей Польши болѣе или менѣе одинаковъ и только чисто внѣшнія условія политическаго строя порождаютъ бросающіяся въ глаза различія. Нѣчто иное видимъ мы при сравненіи національнаго движенія русской Украины и Галиціи.

Въ Россіи украинское движеніе представлено довольно немногочисленной интеллигенціей, которая воздѣйствуетъ въ духѣ украинскаго національнаго сознанія на народныя массы, украинскія по языку и происхожденію, но еще не проникшіяся украинскимъ національнымъ самосознаніемъ. Украинское движеніе находится тутъ еще въ зачаточномъ состояніи. Оно переживаетъ еще періодъ національной пропаганды. Ему приходится еще доказывать свое право на существованіе и развитіе и даже въ украинской (по происхожденію) средѣ встрѣчаться съ равнодушіемъ или съ враждебнымъ отношеніемъ къ національному самоопредѣленію Украины. Печать, литература и театръ -- вотъ едва-ли не единственныя орудія воздѣйствія украинскаго движенія.

Совсѣмъ не то въ Галиціи. Тамъ украинское движеніе стало серьезнымъ факторомъ мѣстной жизни съ 1848 г. У него есть враги, которые съ нимъ борются самымъ энергичнымъ образомъ, но которыхъ вовсе не нужно убѣждать ни въ существованіи украинцевъ, ни въ правѣ ихъ на существованіе. Конституціонная почва дала украинцамъ въ Галиціи возможность завоевать не только орудія пропаганды украинскаго національнаго самосознанія, но и такія реальныя уступки, которыя обезпечиваютъ за украинскимъ народомъ естественное развитіе его изъ сырого этнографическаго матеріала въ индивидуальность, обладающую всей совокупностью: функцій нормальной націи.

Путемъ тяжелой, подчасъ стоившей многихъ жертвъ, борьбы украинцамъ удалось достигнуть относительнаго равноправія съ поляками въ различныхъ областяхъ жизни. Украинскій языкъ въ Галиціи проникъ изъ элементарной и средней школы въ университетъ, его права постепенно расширяются въ судѣ и администраціи, онъ является языкомъ многочисленной интеллигенціи, языкомъ преній въ областномъ сеймѣ, въ научномъ обществѣ, на политическомъ митингѣ, языкомъ дѣлопроизводства въ кооперативахъ, банкахъ, страховыхъ обществахъ и т. д.

По мѣрѣ роста украинскаго національнаго движенія въ Галиціи росло и его вліяніе на русскую Украину -- тѣмъ болѣе, что русскіе украинцы, не находя у себя дома условій приложенія энергіи къ развитію родного дѣла, переносили значительную часть своихъ усилій на галиційскую почву. Тутъ работали и Кулишъ, и Драгомановъ, и Конисскій, и Гринченко, тутъ выходили произведенія многихъ другихъ украинскихъ писателей Приднѣпровья. Тутъ создавался общеукраинскій языкъ публицистики и науки, которымъ съ 1905 г. пользуются сотрудники кіевскихъ украинскихъ изданій, публицистическихъ и научныхъ. Тутъ печатались брошюры Р. У. П. и другихъ негалиційскихъ украинскихъ группъ. Сюда стали пріѣзжать въ постоянно увеличивающемся количествѣ представители украинскаго національнаго движенія изъ Россіи, чтобы воочію убѣдиться въ прочности и жизненности его въ конституціонныхъ условіяхъ. Мы видимъ дѣятелей, которые (какъ проф. Грушевскій) работаютъ и въ Россіи, и въ Галиціи, мы имѣемъ дѣло съ изданіями, обслуживающими и ту, и другую. Русская Украина все тѣснѣе сближается съ Галиціей и все больше поддается ея вліянію -- совершенно такъ же, какъ и русская ПольшаЭто обстоятельство уже теперь играетъ серьезную политическую роль (достаточно вспомнить отраженіе галиційскихъ настроеній въ Царствѣ Польскомъ въ періодъ усиленія русско-австрійскаго антагонизма весной 1913 г.), а въ будущемъ эта роль, вѣроятно, еще усилится. Вслѣдствіе этого Галиція и ея внутренняя жизнь пріобрѣтаютъ и для русскаго обывателя злободневный интересъ. Тѣмъ болѣе, что эта ближайшая сосѣдка Россіи переживаетъ въ настоящій моментъ очень важный періодъ внутренняго преобразованія.

Галиція -- наканунѣ реформы избирательнаго закона. Отъ этой реформы зависитъ" съ одной стороны, ея демократизація, а съ другой -- такое усиленіе политическаго вліянія украинцевъ, которое несомнѣнно приблизитъ моментъ полнаго равноправія обѣихъ національностей Галиціи -- польской и украинской. Оба эти, уже недалекія, событія, несомнѣнно, усилятъ вліяніе Галиціи на русскую Польшу и Украину, и поэтому, я думаю, будетъ не лишнимъ познакомить читателей "Русскаго Богатства" съ ходомъ борьбы за. реформу львовскаго сейма, отъ демократизаціи котораго зависитъ ближайшее будущее Галиціи и, въ частности, польско-украинскихъ отношеній.


II.


Въ вѣнскій парламентъ галиційское населеніе выбираетъ своихъ депутатовъ путемъ всеобщей, прямой и тайной подачи голосовъ, при выборахъ же депутатовъ галиційскаго ландтага (сейма) до сихъ поръ существуетъ антидемократическая, куріальная система. Съ того момента, когда была осуществлена демократизація общеимперскаго избирательнаго закона, прежняя система выборовъ въ сеймъ стала очевиднымъ анахронизмомъ. И въ настоящее время нѣтъ въ Галиціи ни одной политической группы, которая не понимала бы необходимости реформы сушествующаго избирательнаго закона. Не говоря уже о соціалистахъ, народникахъ и демократическихъ буржуазныхъ партіяхъ, даже консерваторы высказываются въ пользу реформы, такъ какъ для всѣхъ ясно, что нельзя отказывать въ правѣ голоса въ краѣ тѣмъ элементамъ, которые завоевали себѣ это право во всемъ государствѣ. Это ясно не только для стоящихъ у власти галиційскихъ партій, но и для центральнаго правительства, которое должно считаться въ парламентѣ съ крупнымъ представительствомъ элементовъ, лишенныхъ совсѣмъ или въ извѣстной степени права голоса въ галиційскомъ сеймѣ.

Такимъ образомъ на реформѣ галиційскаго избирательнаго закона настаиваютъ и мѣстное населеніе, какъ польское, такъ и украинское, и центральныя австрійскія власти, причемъ оба фактора отдаютъ себѣ отчетъ въ томъ, что реформа скорѣе всего можетъ осуществиться въ видѣ компромисса. Въ этомъ случаѣ она, съ одной стороны, должна расширить кругъ избирателей настолько, чтобы, по крайней мѣрѣ, минимальныя требованія обездоленныхъ въ соціальномъ и національномъ отношеніи элементовъ были удовлетворены, а съ другой -- ограничить существующія привилегіи крупныхъ собственниковъ въ такой мѣрѣ, чтобы они не могли считать себя слишкомъ обиженными. Рядомъ съ этими обязательными условіями реформа должна увеличить вліяніе на сеймъ украинцевъ, но въ то же время установить такія нормы, при которыхъ и польское меньшинство Восточной Галиціи сохранило бы возможность выбирать своихъ депутатовъ. Какъ видно изъ этого, задача, сама по себѣ не легкая въ силу соціальныхъ соображеній, еще осложняется національнымъ моментомъ. Не удивительно поэтому, что подготовка почвы для Достиженія необходимаго компромисса заняла нѣсколько лѣтъ и что галиційскій сеймъ уже двукратно распускался, не осуществивъ возложенной на него задачи.

Между тѣмъ не только внутренняя эволюція страны, но и внѣшнія событія заставляли торопиться съ осуществленіемъ реформы. Дѣло въ томъ, что, пока украинскіе депутаты въ парламентѣ были ничтожной групикой, ихъ требованія можно было до извѣстной степени игнорировать. Но со времени выборовъ на основѣ всеобщей подачи голосовъ, когда въ Вѣнѣ оказалось 30 украинскихъ депутатовъ, отношеніе къ требованіямъ украинцевъ нужно было измѣнить. Украинскій клубъ сталъ довольно вліятельнымъ факторомъ парламента. Послѣдовательная обструкція украинцевъ могла затормозить правильное функціонированіе рейхсрата и правительство должно было принимать мѣры предупрежденія такой обструкціи. "Украинофильскій" курсъ все ярче и ярче выступаетъ на арену австрійской правительственной политики.

Этотъ курсъ упрочивается и по соображеніямъ внѣшней политики. Возрастающій антагонизмъ между Россіей и Австріей заставляетъ послѣднюю усиленно заботиться о пріобрѣтеніи украинскихъ симпатій. Широкіе завоевательные планы лицъ, окружающихъ наслѣдника австрійскаго престола, считаются между прочимъ и съ возможностью широкаго украинскаго движенія. Поэтому для Австріи чрезвычайно важно, чтобы Восточная Галиція обладала большой притягательной силой для всѣхъ украинцевъ. Этимъ объясняются и тѣ экстренныя мѣры, которыя принимаетъ австрійское правительство по вопросу объ учрежденіи украинскаго университета, и то давленіе, какое оно оказываетъ на галиційскія власти, заставляя ихъ содѣйствовать осуществленію реформы избирательнаго закона.

На встрѣчу желаніямъ центральнаго правительства идутъ украинскіе депутаты Львовскаго сейма, совершенно тормозя его дѣятельность систематической обструкціей. Сравнительно небольшая группа 16 украинскихъ депутатовъ преобразилась въ организованный оркестръ, снабженный всевозможными музыкальными инструментами, которые заглушали всякій раздающійся въ сеймѣ голосъ и дѣлали почти невозможнымъ его функціонированіе. Попытки сломить украинскую обструкцію, пассивно поддерживаемую и польскими демократическими элементами, не привели ни къ чему. Областному экономическому хозяйству стало угрожать непредотвратимое банкротство, такъ какъ сеймъ былъ лишенъ возможности вотировать налоги на мѣстныя нужды. Между тѣмъ украинская музыка грозила перебраться и въ парламентъ. Заключеніе польско-украинскаго компромисса стало такимъ образомъ настоятельной необходимостью въ интересахъ и края, и государства.

Намѣстникъ Галиціи, д-ръ Бобжинскій, получилъ отъ центральнаго правительства инструкцію во чтобы то ни стало создать условія, при которыхъ былъ бы заключенъ польско-украинскій компромиссъ, обезпечивающій успѣхъ такой реформы избирательнаго закона, которая была бы пріемлема и для польскаго большинства, и для украинскаго меньшинства. И Бобжинскій энергично взялся, за дѣло, постаравшись прежде всего создать соглашеніе польскихъ сторонниковъ реформы.

У широкихъ массъ населенія и у демократическихъ группъ не было повода восхищаться Бобжинскимъ. Какъ долголѣтній президентъ областного школьнаго совѣта, онъ заявилъ себя убѣжденнымъ реакціонеромъ. Его крутыя мѣры, принимаемыя по отношенію къ народнымъ учителямъ оппозиціоннаго направленія, его стремленіе къ явной клерикализаціи школы и т. п. тенденціи не могли снискать ему довѣрія прогрессистовъ. Въ качествѣ историка, проводившаго крайне тенденціозные взгляды консервативной т. н. "краковской" школы, онъ всегда былъ антипатиченъ всѣмъ, не принадлежащимъ къ лагерю "угодовцевъ". Тѣмъ не менѣе обстоятельства сложились такъ, что всѣ прогрессивные, демократическіе и антиугодовческіе элементы польскаго общества въ Галиціи оказались на сторонѣ Бобжинскаго и стали его поддерживать. Гораздо труднѣе было заручиться поддержкой консерваторовъ.

На почвѣ національнаго вопроса, въ частности, на почвѣ отношеній къ украинцамъ, польскія политическія партіи, стоящія на одной и той же классовой почвѣ, значительно расходятся въ зависимости отъ того, гдѣ данная партія развиваетъ свою дѣятельность -- на западѣ или на востокѣ Галиціи.

Галиційскіе консерваторы, представители крупной земельной собственности, распадаются на двѣ группы -- западно-галиційскихъ т. н. "станчиковъ" и восточно-галиційскихъ "подоляковъ". Первые всегда относились съ сравнительно большей терпимостью къ національнымъ требованіямъ украинцевъ, вторые въ этомъ отношеніи непримиримы, считая всякую уступку украинцамъ "національнымъ бѣдствіемъ", "предательствомъ", несчастьемъ и т. д. И въ то время, какъ "станчики" примкнули къ блоку, высказавшемуся въ пользу компромисса по вопросу объ избирательной реформѣ, вторые стали застрѣльщиками и руководителями борьбы съ ней. Въ результатѣ между "подоляками" и "станчиками" дѣло дошло до братоубійственной розни.

Противъ т.н. "намѣстническаго блока",-- къ которому примкнули соціалъ-демократы, крестьянская партія (ludowcy -- народники), городская демократія (собственно говоря, либералы по западноевропейской терминологіи), прогрессисты-демократы и западно-га-лиційскіе консерваторы ("станчики"), выступилъ блокъ противниковъ уступокъ украинцамъ, состоящій изъ "подоляковъ" и націоналъ-демократовъ съ примыкающими къ послѣднимъ клерикалами. Антагонизмъ между этими двумя блоками обнаружился по вопросу объ уступкахъ украинцамъ и объ обезпеченіи національныхъ интересовъ польскаго меньшинства Восточной Галиціи.

Украинцевъ, какъ національность, стремящуюся къ равноправію съ господствующей польской національностью на всей территоріи Галиціи и къ преобладанію въ восточной части послѣдней, объединяетъ общенаціональная идея. У украинскихъ націоналъ-демократовъ, радикаловъ, христіанскихъ соціалистовъ и соціалъ-демократовъ въ національной области цѣль одна и та же. Поэтому отдѣльныя требованія, изъ которыхъ складывается сумма украинскихъ національныхъ требованій, объединяютъ всѣхъ украинцевъ безъ различія партійныхъ оттѣнковъ.

Иначе обстоитъ дѣло съ галиційскими поляками. На ихъ національное существованіе въ предѣлахъ Галиціи никто не посягаетъ. Тѣ немногочисленные пережитки германизаторской системы доконституціонной эпохи, которые еще кое-гдѣ сохранились (во внутреннемъ дѣлопроизводствѣ почты, желѣзныхъ дорогъ, жандармеріи), не играютъ сколько-нибудь значительной роли и, собственно говоря, широкимъ массамъ населенія не даютъ себя чувствовать. Поляки въ Галиціи нація господствующая и вслѣдствіе этого у нихъ нѣтъ того объединяющаго цемента, который сплачиваетъ всѣхъ украинцевъ въ одну армію, солидарно борющуюся съ польскимъ преобладаніемъ.

Если поляки являются элементомъ, господствующимъ политически во всей Галиціи, то все-таки ихъ положеніе въ Западной Галиціи значительно отличается отъ положенія въ ея восточной части. Въ Западной Галиціи польское населеніе занимаетъ сплошную этнографическую территорію. Тутъ сплошь и рядомъ расположены округа, въ которыхъ число поляковъ превышаетъ 90 жителей. Въ Восточной Галиціи дѣло обстоитъ иначе -- тамъ поляки въ меньшинствѣ, которое разбросано по всей территоріи края. Правда, это меньшинство очень крупное (2.114.000 на 5.317.000 но послѣдней переписи), нѣкоторые изъ польскихъ острововъ на украинской территоріи весьма значительны, но тѣмъ не менѣе поляки составляютъ меньшинство.

И вотъ на почвѣ дѣйствительной или чаще всего симулированной защиты интересовъ этого меньшинства выросло политическое могущество польской націоналъ-демократической партіи (Н. Д.).


III.


Н. Д., основанная въ Галиціи Дмовскимъ и его ближайшими единомышленниками еще въ то время, когда они были эмигрантами, преслѣдуемыми русскими властями, выросла и стала серьезной силой на почвѣ борьбы съ украинствомъ. Она взяла подъ свою защиту польскаго интеллигента, опасающагося конкуренціи со стороны ростущей количественно украинской интеллигенціи. Она сорганизовала просвѣтительную дѣятельность среди польскихъ крестьянъ, живущихъ между украинцами въ Восточной Галиціи. Она подчинила своему вліянію польскую мелкую буржуазію въ восточно-галиційскихъ городахъ. Она же, наконецъ, выступила въ роли защитницы польскихъ помѣщиковъ отъ "притязаній" украинскихъ крестьянъ. Стараясь сплотить всѣхъ поляковъ Восточной Галиціи въ одинъ общенаціональный лагерь, Н. Д. могла достигнуть этой цѣли только путемъ подчеркиванія антагонизма между поляками и украинцами, какъ двумя враждебными націями. Разжиганіемъ національныхъ страстей, послѣдовательной проповѣдью украиноненавистничества, проповѣдью, защищающей шкурные интересы польскихъ имущихъ классовъ, Н. Д. удалось создать сильную организацію, игравшую одно время чуть ли не диктаторскую роль въ польскомъ буржуазномъ обществѣ Восточной Галиціи.

Попытки Н. Д. перенести свою дѣятельность въ Западную Галицію и укрѣпиться въ ней органически до сихъ поръ не приводили ни къ какимъ результатамъ. Отъ времени до времени Н. Д. организовала настоящіе наѣзды на Краковъ, тутъ выступали ея выдающіеся лидеры, но ей такъ и не удалось создать здѣсь сколько-нибудь значительную организацію. Кругъ ея сторонниковъ въ Западной Галиціи настолько незначителенъ, что у нея въ Краковѣ нѣтъ даже собственнаго органа печати. Западно-галиційская почва оказалась мало воспріимчивой для націоналъ-демократической идеологіи, почерпающей свои силы въ національной травлѣ. Между тѣмъ въ Западной Галиціи даже Н. Д. травить некого. Затерянныя въ горахъ на южной окраинѣ Западной Галиціи убогія селенія темныхъ украинскихъ "лемковъ" никакой "опасности" не составляютъ, нѣмецкій походъ на западно-галиційскія каменноугольныя залежи -- явленіе соціальной, а не національной категоріи, остаются такимъ образомъ только евреи, да и тѣ здѣсь гораздо менѣе "опасны", нежели въ Восточной Галиціи. Въ Восточной Галиціи они составляютъ 12,37% населенія, въ Западной -- всего 7,92%, причемъ въ послѣдней ихъ полонизація развивается гораздо быстрѣе, чѣмъ въ первой, а націоналистическія теченія въ средѣ западно-галиційскаго еврейства гораздо слабѣе.

Какъ ни какъ, за неимѣніемъ такого благодарнаго для націоналистической травли элемента, какъ украинцы, Н. Д. рѣшили использовать для своей цѣли евреевъ, создать по примѣру Варшавы "бойкотистское" движеніе и упрочиться въ Западной Галиціи и, въ частности, въ Краковѣ.

Для этой цѣли Н. Д. пришлось здѣсь нѣсколько видоизмѣнить свою политическую физіономію и выступить, такъ сказать, подъ псевдонимомъ. Одному изъ руководителей Н. Д.-- Заморскому -- удалось въ свое время снискать довѣріе извѣстнаго патера Стояловскаго, который сыгралъ большую роль въ дѣлѣ пробужденія соціально-политическаго самосознанія польскаго крестьянства въ Галиціи. Талантливому агитатору и публицисту не удалось создать сильную крестьянскую партію, что стало заслугой его соперниковъ -- народниковъ. Однако вокругъ него сплотилась довольно многочисленная часть крестьянства, которая вмѣстѣ съ нимъ пережила эволюцію отъ крайняго радикализма, къ консерватизму и клерикализму. И вотъ послѣ смерти этого демагога руководительство этими элементами перешло къ Заморскому, который объявилъ себя "наслѣдникомъ" Стояловскаго, не переставая быть въ то же самое время единомышленникомъ Н. Д.

Заморскій сблизился съ духовенствомъ и придалъ своей крестьянской организаціи чисто-клерикальный характеръ съ ярко выраженнымъ антисемитскимъ оттѣнкомъ. Существующіе въ Западной Галиціи націоналъ-демократическіе элементы примкнули къ клерикаламъ и вмѣстѣ съ ними вооружились противъ налаживавшейся въ сеймѣ реформы. Однако въ то время, когда выступленія Н. Д. и "подоляковъ" въ Восточной Галиціи имѣли антиукраинскій характеръ, агитація клерикаловъ въ Западной Галиціи велась подъ флагомъ антисемитизма.

Противники компромисснаго проекта избирательной реформы стали доказывать въ своихъ органахъ и на собраніяхъ, что онъ непріемлемъ, потому что наноситъ чувствительный ущербъ польскимъ національнымъ интересамъ въ угоду украинцамъ и евреямъ. И съ этой проповѣдью они ринулись въ бой, стараясь подкопать шансы проекта, который удалось наконецъ выработать при участіи Бобжинскаго польскимъ и украинскимъ сторонникамъ реформы.

Этотъ проектъ былъ въ полномъ смыслѣ компромисснымъ, такъ какъ только такой характеръ его могъ гарантировать ему успѣхъ въ теперешнемъ сеймѣ -- успѣхъ, обусловленный подачей за него % голосовъ членовъ сейма. Проектъ не упразднялъ курій, но прибавлялъ къ четыремъ существующимъ три новыхъ: средняго землевладѣнія, всеобщей подачи голосовъ въ городахъ и ремесленныхъ палатъ. Онъ сохранялъ и вирилистовъ-депутатовъ не по выбору (епископовъ, ректоровъ высшихъ учебныхъ заведеній, предсѣдателя академіи наукъ). Рядомъ съ этимъ онъ вводилъ всеобщую подачу голосовъ, прямое и тайное голосованіе, пропорціональные выборы въ смѣшанныхъ округахъ и, наконецъ, давалъ украинцамъ 27,2% депутатскихъ полномочій, т. е. увеличивалъ ихъ теперешнее количество болѣе, чѣмъ вдвое.

Кромѣ всего этого, число членовъ областного совѣта (исполнительный органъ сейма) увеличивалось до 7, причемъ украинцы получали въ немъ два мѣста. Создавалась также спеціальная украинская курія для выбора этихъ членовъ областного совѣта, сеймовыхъ коммиссій и нѣкоторыхъ автономныхъ учрежденій, въ то время, какъ до сихъ поръ они избирались всѣмъ сеймомъ сообща.

Однимъ словомъ компромиссный проектъ, будучи весьма умѣреннымъ съ демократической точки зрѣнія, все же давалъ украинцамъ возможность выбора 62 депутатовъ вмѣсто теперешнихъ 2-3 десятковъ въ самомъ счастливомъ случаѣ и допускалъ выборъ рабочихъ депутатовъ, для которыхъ теперешній сеймъ наглухо закрытъ. Казалось, за такой проектъ выскажется необходимое большинство голосовъ и сторонники проекта уже собирались торжествовать побѣду, какъ вдругъ, совершенно неожиданно, на него обрушились римско-католическіе епископы-вирилисты.

Они заявили, что не могутъ поддерживать столь радикальную затѣю и выйдутъ изъ зала засѣданій сейма во время голосованія. Это заявленіе епископовъ вызвало смущеніе въ средѣ болѣе умѣренныхъ сторонниковъ проекта. Западно-галиційскіе консерваторы стали колебаться. Имъ, "вѣрнѣйшимъ сынамъ католической церкви", не подобало ссориться съ епископами, а чувство классового самосохраненія подсказывало этимъ помѣщикамъ, что выступленіе епископовъ является весьма благовиднымъ и едва-ли не послѣднимъ предлогомъ оттянуть на нѣкоторое время торжество демократической идеи. И вотъ "станчики" заявили, что многіе изъ нихъ не станутъ противиться волѣ епископовъ, своихъ духовныхъ руководителей.

Такимъ образомъ надежды на утвержденіе двумя третями членовъ сейма компромисснаго проекта разсѣялись. Противники послѣдняго торжествовали побѣду.

Бобжинскій подалъ въ отставку. Его замѣнилъ Корытовскій -- тоже консерваторъ, сеймъ былъ распущенъ, объявлены были новые выборы и страну охватила лихорадочная борьба сторонниковъ и противниковъ реформы. Епископы рѣшили принять въ ней самое дѣятельное участіе. Они издали общее "пастырское посланіе", пропитанное антисемитизмомъ и враждой къ украинцамъ. Епископы мобилизовали сельское духовенство, настоятельно требуя отъ него противодѣйствія сторонникамъ реформы -- кандидатамъ и агитаторамъ народнической партіи, "союзникамъ евреевъ, украинцевъ, соціалистовъ и масоновъ". Этимъ своимъ выступленіемъ епископы сильно поднимали шансы націоналъ-демократовъ и клерикаловъ изъ-подъ знамени Заморскаго.

Съѣздъ народнической партіи, состоявшійся въ Жешовѣ 17-го мая при участіи болѣе 100 делегатовъ мѣстныхъ крестьянскихъ организацій, принялъ постановленіе, намѣчающее общую линію предстоящей избирательной кампаніи. Такъ какъ у новаго сейма всего-на-всего одна задача: выработать и принять реформу избирательнаго закона, то съѣздъ обратилъ вниманіе на необходимость ограничить до минимума борьбу національностей и партій. Онъ рѣшилъ, что слѣдуетъ входить въ соглашеніе съ организаціями и партіями -- безъ различія національностей,-- высказывающимися въ пользу реформы. Практически это обозначало, что въ смѣшанныхъ, восточно-галиційскихъ округахъ польскіе крестьяне должны поддерживать кандидатовъ украинцевъ противъ консервативныхъ кандидатовъ-поляковъ. Это, конечно, вызвало громкій крикъ негодованія въ польскомъ націоналистическомъ лагерѣ и народники вмѣстѣ со своимъ руководителемъ, Стапинскимъ, были провозглашены націоналъ-демократической печатью "предателями".

Демократы на своемъ съѣздѣ высказались за реформу избирательнаго закона и рѣшили энергично бороться съ ея противниками. Прогрессисты-демократы заняли подобную же позицію, вмѣстѣ съ тѣмъ рѣшая входить въ предвыборныя соглашенія только съ народниками и включить въ свой списокъ кандидатовъ во Львовѣ соціалъ-демократа.

Исполнительный комитетъ польской соціалъ-демократической партіи принялъ въ засѣданіи 17-го мая принципіальное рѣшеніе, сводящееся къ слѣдующимъ пунктамъ. Радикальная реформа избирательнаго закона въ Галиціи стала насущной необходимостью съ соціальной, политической и національной точки зрѣнія съ того момента, когда была введена всеобщая, прямая, равная и тайная подача голосовъ при выборахъ въ парламентъ. Горожане, крестьяне и рабочіе получили представительство и рѣшительное вліяніе на ходъ дѣлъ въ общегосударственномъ парламентѣ и уже не могутъ дольше подчиняться командѣ помѣщичьяго сейма, въ которомъ горсть дворянъ завоевала преобладаніе путемъ привилегій и злоупотребленій. Проектъ избирательной реформы, предложенный сеймовымъ большинствомъ, составленъ въ интересахъ дворянства, причемъ для ослабленія вліянія сельскаго населенія введены: плюральный вотумъ, двухъ-мандатные округа и восемь новыхъ депутатскихъ полномочій для настоятелей приходовъ; города разбиты на двѣ куріи, привилегированную съ высокимъ имущественнымъ цензомъ и всеобщую -- съ такимъ смѣхотворно ничтожнымъ количествомъ мандатовъ и съ такими чудовищными по своей величинѣ избирательными округами, что городскія трудовыя массы лишаются на долгіе годы представительства, соотвѣтствующаго силѣ ихъ политическаго движенія. При такихъ условіяхъ рабочій классъ все-таки долженъ принять участіе въ избирательной борьбѣ, чтобы распространять по городамъ и деревнямъ идею всеобщей, равной, прямой и тайной подачи голосовъ безъ различія пола -- этой единственной основы полнаго самоуправленія обѣихъ національностей въ Галиціи. Отсюда практическій выводъ: самымъ энергичнымъ образомъ поддерживать соціалистическія кандидатуры, а тамъ, гдѣ польская соціалистическая партія не выдвигаетъ собственной кандидатуры, поддерживать кандидатовъ, высказывающихся въ пользу всеобщей подачи голосовъ.


IV.


Оба лагеря мобилизовали свои силы. Особенно энергично вели агитацію клерикалы, рьяно поддерживаемые націоналъ-демократами. Послѣдніе рѣшили впервые выставить свои кандидатуры въ Краковѣ, однако они не осмѣлились выступить явно подъ собственной фирмой и образовали спеціальный "комитетъ независимыхъ гражданъ", отъ имени котораго выступали кандидаты Н. Д. Соціалисты выставили собственныхъ кандидатовъ въ нѣсколькихъ городскихъ и сельскихъ округахъ, конечно, болѣе для демонстраціи, нежели для завоеванія депутатскихъ полномочій.

Совершенно новымъ элементомъ избирательной кампаніи было дѣятельное участіе въ ней женщинъ* женщины, располагающія извѣстнымъ имущественнымъ или образовательнымъ цензомъ, имѣютъ право голоса, но не участвуютъ въ голосованіи личноОнѣ снабжаютъ полномочіями своихъ мужей, братьевъ или другихъ довѣренныхъ лицъ, которыя идутъ съ этими полномочіями къ избирательнымъ урнамъ. До сихъ поръ женскія полномочія не играли никакой самостоятельной роли. Они были орудіемъ злоупотребленій и даже предметомъ своеобразной торговли. Уполномоченные женщинъ-избирательницъ могли совершенно не считаться бъ политическими симпатіями своихъ довѣрительницъ, вслѣдствіе чего эти полномочія обыкновенно бывали однимъ изъ главныхъ подспорій реакціонныхъ кандидатуръ. Кандидатъ, купившій нѣсколько сотенъ женскихъ полномочій у людей, запасшихся ими для этой цѣли, легко побѣждалъ противника, благодаря этимъ мертвымъ голосамъ.

Но за послѣдніе годы уровень политической сознательности галициційскихъ женщинъ значительно повысился. Выманивать или покупать женскія полномочія становилось все труднѣе и труднѣе. Мало того, женщины сорганизовались и стали требовать упраздненія полномочій и замѣны ихъ личнымъ участіемъ въ выборахъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ женщины, понимая, что ихъ политическія права могутъ быть расширены только при радикальной реформѣ избирательнаго закона, присоединились къ сторонникамъ послѣдней и стали оказывать имъ посильную помощь.

Образовались спеціальные женскіе комитеты, въ которыхъ объединялись соціалистки и сторонницы равноправія женщинъ изъ буржуазныхъ классовъ. Эти комитеты созывали собранія, на которыя приглашались всѣ имѣющіеся на лицо кандидаты для выясненія ихъ позиціи по вопросу объ избирательныхъ правахъ женщинъ. Кандидаты, высказавшіеся противъ всеобщей подачи голосовъ безъ различія пола, не могли разсчитывать на поддержку женщинъ, и это не замедлило отразиться на ходѣ избирательной борьбы.

Въ большихъ городахъ, какъ Краковъ и Львовъ, женщины приняли самое живое и дѣятельное участіе въ избирательной кампаніи и на этотъ разъ только весьма незначительная часть женскихъ полномочій играла роль "мертвыхъ" голосовъ. Большинство избирательницъ заранѣе позаботилось, чтобы ихъ уполномоченными были люди надежные, достойные довѣрія. Въ Краковѣ было много случаевъ, когда жены и сестры консервативныхъ избирате лей обращались въ соціалистическій коми тетъ съ просьбой дать имъ уполномоченнаго, котораго безъ опасеній можно было бы снабдить полномочіемъ въ пользу соціалистическаго кандидата.

Въ Западной Галиціи трудно было ожидать какихъ-нибудь сюрпризовъ въ городахъ, гдѣ побѣ да была заранѣе обезпечена за тѣми же элементами, которые были вы браны и въ распущенный сеймъ За то нельзя было учесть заранѣе исхода выборовъ въ куріи крестьянской собственности. Клерикалы и присоединившіеся къ нимъ націоналъ-демократы, сильные поддержкой духовенства, не отступали ни передъ какими демагогическими средствами, чтобы выбить изъ сѣдла народниковъ и расшатать ихъ вліяніе въ деревняхъ. Видя усилія противниковъ реформы въ этомъ направленіи, нельзя было не опасаться, что имъ удастся отнять нѣсколько мандатовъ, до сихъ поръ составлявшихъ достояніе народниковъ.

Объ исходѣ выборовъ въ Восточной Галиціи трудно было заранѣе сказать что-нибудь вполнѣ опредѣленное благодаря своеобразію мѣстныхъ условій и зависимости этихъ выборовъ отъ разныхъ случайностей. Во всякомъ случаѣ украинцы не могли предаваться пессимизму.

Соціальный составъ украинскаго населенія -- это, съ одной стороны, источникъ его силы, а съ другой -- слабости. Не смотря на нѣкоторую дифференціацію этого населенія въ послѣднія десятилѣтія, оно все еще представляетъ изъ себя почти сплошную крестьянскую массу. Правда, въ городахъ Восточной Галиціи наблюдается ростъ украинскаго населенія, однако этотъ ростъ не настолько силенъ, чтобы, благодаря ему, украинцы могли уже теперь или въ ближайшемъ будущемъ играть тамъ сколько-нибудь выдающуюся политическую роль. Даже тамъ, гдѣ количество украинскаго населенія увеличилось вдвое и втрое, оно все-таки составляетъ сравнительно ничтожное меньшинство городского населенія. И вслѣдствіе своей ничтожности оно и до сихъ поръ еще подвергается въ значительной мѣрѣ ополяченію, чѣмъ и объясняется тотъ фактъ, что количество украинцевъ и уніатовъ среди городского населенія не совпадаетъ: вторыхъ повсюду несравненно больше, нежели первыхъ. Слѣдуетъ еще подчеркнуть, что украинское населеніе восточно-галиційскихъ городовъ принадлежитъ главнымъ образомъ къ бѣднѣйшимъ классамъ. Оно представлено прислугой, поденьщиками, рабочими, мелкими ремесленниками и торговцами и только въ исключительныхъ случаяхъ буржуазіей. Городская бѣднота да горсть профессіональной интеллигенціи и чиновниковъ -- вотъ изъ кого состоитъ украинское населеніе восточно-галиційскихъ городовъ. И даже при всеобщей подачѣ голосовъ необходимо исключительное стеченіе обстоятельствъ, чтобы городской округъ выбралъ депутатомъ украинца. О выборѣ же украинскаго депутата городской куріей избирателей при наличности имущественнаго ценза не можетъ быть и рѣчи.

Такимъ образомъ городская курія недоступна для украинцевъ вслѣдствіе ихъ соціальнаго уклада. Въ еще большей степени недоступна для нихъ курія торговыхъ и промышленныхъ палатъ, въ которыхъ полновластнымъ хозяиномъ является крупная польскоеврейская буржуазія. То же самое слѣдуетъ сказать и о куріи крупнаго землевладѣнія. Украинцевъ крупныхъ землевладѣльцевъ во всей Галиціи едва-ли наберется полтора десятка и въ этой куріи перевѣсъ навсегда обезпеченъ за владѣльцами латифундій поляками.

Тогда какъ поляки (вмѣстѣ съ евреями) располагаютъ возможностью избирать своихъ депутатовъ во всѣхъ куріяхъ, въ распоряженіи украинцевъ имѣется только одна -- курія крестьянскаго землевладѣнія. Колоссальное большинство украинскихъ избирателей -- это крестьяне-цензовики, элементъ, по своему соціальному составу однородный. И эта однородность украинскихъ избирателей является источникомъ силы украинскаго политическаго движенія.

Въ то время, какъ очень сильно дифференцированное польское общество распадается на большое количество политическихъ партій, рѣзко одна отъ другой отграниченныхъ, находящихся въ естественномъ классовомъ антагонизмѣ, у украинцевъ всѣ политическія партіи въ сущности крестьянскія партіи, такъ какъ онѣ принуждены опираться на одну и ту же крестьянскую массу. И вотъ почему двумъ украинскимъ партіямъ -- націоналъ-демократической и радикальной,-- господствующимъ въ украинскомъ обществѣ, сравнительно легко войти въ компромиссъ и вести сообща избирательную кампанію.

Такъ было и теперь. Кандидатами украинскаго населенія были члены двухъ этихъ партій. Такимъ образомъ въ украинскомъ лагерѣ не было внутренней борьбы и всѣ его силы могли быть направлены противъ внѣшнихъ враговъ -- польскихъ помѣщиковъ"подоляковъ" и идущихъ рука объ руку съ ними москвофиловъ, не располагающихъ, впрочемъ, сколько-нибудь серьезнымъ вліяніемъ на народныя массы и представляющихъ явленіе искусственное.

Кандидатуры москвофиловъ почти нигдѣ не могли разсчитывать на побѣду. Въ наилучшемъ для нихъ случаѣ голоса, поданные за москвофильскаго кандидата, могли облегчить побѣду помѣщика "подоляка", что дѣйствительно и произошло въ нѣсколькихъ восточно-галиційскихъ округахъ.

Какъ извѣстно, москвофильская партія въ Галиціи распалась на двѣ части -- "умѣренныхъ" и "радикаловъ". Радикализмъ послѣднихъ выражается въ томъ, что они не только считаютъ себя русскими, но и стараются практически вводить въ житейскій обиходъ русскій языкъ. Ихъ (и въ то же время гр. Бобринскаго) органъ "Прикарпатская Русь" издается на языкѣ, по большей части довольно удачно копирующемъ русскую литературную рѣчь. Среди нихъ наберется, пожалуй, 2--3 десятка интеллигентовъ, выучившихся говорить по-русски. Они требуютъ, чтобъ русскій языкъ былъ юридически признанъ однимъ изъ областныхъ языковъ (Landessprache) наряду съ польскимъ, украинскимъ и нѣмецкимъ, и добиваются введенія его въ школы, судопроизводство и административную практику.

."Умѣренные" теоретически тоже считаютъ себя русскими, но практически они гораздо ближе къ украинцамъ, нежели къ "радикаламъ" москвофильскаго лагеря. Ихъ органъ "Галичанинъ" печатается на очень плохомъ русскомъ языкѣ съ многочисленными украинскими словами и оборотами, а читается онъ съ украинскимъ произношеніемъ. Умѣренные москвофилы говорятъ между собой по-украински и считаютъ "радикальныя" стремленія къ обрусенію галичанъ безнадежными. Эта фракція видимо вымираетъ, такъ какъ ея члены либо сближаются съ украинскимъ лагеремъ, либо становятся "радикальными" москвофилами.

Главой "умѣренной" фракціи былъ депутатъ Король. Однако его москвофильство было настолько умѣренно, что "радикалы" давно уже причислили его къ "измѣнникамъ". До 1905 г. Король все еще крѣпился, ожидая, что офиціальная Россія не дастъ заглохнуть "русскому" теченію въ Галиціи. Послѣ 17-го октября онъ рѣшилъ, что пѣсенка москвофильства спѣта, и предложилъ издавать "Галичанина" на украинскомъ языкѣ. Періодъ реставраціи въ Россіи заставилъ Короля нѣсколько усумниться въ быстромъ развитіи украинскаго движенія, однако и прежнее москвофильство въ немъ уже не воскресло. Не переставая быть руководителемъ "умѣренной" фракціи москвофильскихъ депутатовъ въ сеймѣ, Король все больше и больше сближается съ украинцами. Нѣсколько мѣсяцевъ тому назадъ въ газетахъ промелькнуло извѣстіе, что Король вошелъ къ составъ украинскаго клуба. Извѣстіе это было, правда, опровергнуто "Галичаниномъ", хотя самъ Король молчалъ... Но вотъ были объявлены выборы, и глава "умѣренныхъ" москвофиловъ выставляетъ свою кандидатуру въ Жолковскомъ округѣ въ качествѣ украинца.


V.


Самымъ интереснымъ и вмѣстѣ съ тѣмъ рѣшающимъ былъ первый день выборовъ, такъ какъ отъ результата голосованія куріи крестьянской собственности въ значительной степени зависѣло взаимоотношеніе силъ въ новомъ сеймѣ. Голосами этой куріи проходили до сихъ поръ не только дѣйствительные представители крестьянства, но и его антагонисты-помѣщики. Въ Западной Галиціи въ видѣ рѣдкаго исключенія, въ Восточной чуть ли не въ большинствѣ округовъ, благодаря давленію административныхъ властей, подкупу малосознательной части крестьянскихъ выборщиковъ и, наконецъ, политической солидарности польскихъ избирателей, поддерживающихъ кандидатуру помѣщика въ качествѣ "польской", "общенаціональной".

При послѣднихъ выборахъ всѣ три вышеуказанные фактора не оправдали надеждъ помѣщиковъ. Администрація на этотъ разъ держала себя довольно корректно. О возмутительныхъ злоупотребленіяхъ, насиліяхъ и подлогахъ, которыми прежде отличались пресловутые "галиційскіе выборы", теперь совершенно не было слышно. Если кое-гдѣ и допускалось какое-нибудь мелкое нарушеніе закона, то оно рѣшительной роли не играло и едва-ли могло повліять на исходъ выборовъ. За то органы консерваторовъ и націоналъ-демократовъ пестрѣли описаніями фактовъ "неслыханнаго", "ужаснаго" террора со стороны украинцевъ, которые, казалось, Гонту съ желѣзнякомъ перещеголяли своими звѣрскими по? ступками. Эти корреспонденціи, полныя жалобъ на "потворство". властей украинцамъ, какъ нельзя лучше свидѣтельствовали, что администрація не выходила изъ предѣловъ законности и не желала воздѣйствовать на выборы въ пользу кандидатуръ помѣщиковъ.

Почти полное исчезновеніе злоупотребленій со стороны административныхъ властей объясняется въ значительной степени ростомъ политическаго самосознанія украинскаго крестьянства. Среди него все меньше и меньше элементовъ, поддающихся деморализаціи, распространяемой помѣщичьими кандидатами, и боящихся (какъ это было прежде) угрозъ жандармовъ и "старостъ" (окружныхъ начальниковъ).

Что же касается сплоченности польскаго, особенно крестьянскаго, меньшинства, то оно на этотъ разъ оказалось весьма не, надежно. Крестьяне-народники по большей части поддерживали украинскихъ кандидатовъ, что совпадало съ инструкціей руководящихъ элементовъ польской народнической партіи.

Благодаря всему этому, шансы украинскихъ кандидатовъ на этотъ разъ сильно повысились и до извѣстной степени можно было разсчитывать на побѣду украинской коалиціи надъ помѣщиками-ставленниками т. н. "Національнаго Совѣта".

Предсѣдатель польскаго "Національнаго Совѣта", одинъ изъ богатѣйшихъ помѣщиковъ Восточной Галиціи, Ценскій, выставилъ свою кандидатуру въ двухъ украинскихъ округахъ, особенно сильно надѣясь на побѣду въ бродскомъ. Этотъ округъ едва-ли не самый деморализованный въ политическомъ отношеніи. Изъ этого округа выбирался прежде А. Варвинскій, глава украинскихъ "примиренцевъ" и организаторъ украинской клерикальной фракціи. Барвинскаго выбирало не столько сознательное населеніе, сколько находящіеся на иждивеніи административныхъ властей элементы. "Избирательная колбаса" играла тутъ очень видную роль, а типъ "хруня" {Такъ называютъ въ Галиціи крестьянина, прислуживающагося помѣщикамъ и властямъ.} едва-ли не преобладалъ среди бродскаго крестьянства. Предпослѣдніе выборы въ сеймъ дали депутатское полномочіе отъ бродскаго округа главарю радикально-москвофильской фракціи, типичному черносотенцу, Дудыкевичу. Его "побѣда" объясняется отнюдь не приверженностью населенія бродскаго округа къ представляемымъ Дудыкевичемъ идеямъ, а крупными денежными издержками кандидата, съ одной стороны, и энергичной поддержкой администраціи и польскаго "Національнаго Совѣта" -- съ другой. Дудык"вичъ вошелъ въ соглашеніе съ польскими консервативными элементами и намѣстникомъ, обязавшись не говорить въ сеймѣ по русски и вообще не выступать демонстративно въ качествѣ "русскаго". Благодаря этому, Дудыкевичъ попалъ въ сеймъ, побѣдивъ своего украинскаго контръ-кандидата, и сталъ руководителемъ радикальной фракціи москвофильской группы.

Однако политическая карьера Дудыкевича наткнулась на цѣлый рядъ неожиданностей совершенно неполитическаго характера. Безконечные скандалы, отдающіе уголовщиной и отравляющіе жизнь москвофильской партіи, сосредоточились вокругъ личности Дудыксъича и привели къ тому, что его кандидатура стала невозможной. Вмѣсто него москвофилы выставили его идейнаго соратника -- Дм. Маркова. Украинцы противопоставили ему своего кандидата, лицо, до сихъ поръ въ политической жизни мало извѣстное.

Сторонники Ценскаго разсчитывали на то, что голоса избирателей распредѣлятся между тремя кандидатами такимъ образомъ, что понадобятся дополнительные выборы. Они предполагали, что больше всего голосовъ получатъ Ценскій и украинскій кандидатъ Корнеля, а это при дополнительныхъ выборахъ обезпечивало побѣду за Ценскимъ, потому что москвофилы голосовали бы за него, а не за украинскаго кандидата.

Между тѣмъ оказалось, что наибольшее число голосовъ получили Ценскій и Марковъ, такъ что исходъ выборовъ зависѣлъ отъ тактики украинскихъ избирателей. Выбирая изъ двухъ золъ, они предпочли меньшее, т. е. Маркова. Ценскій въ качествѣ главы "Національнаго Совѣта" и организатора антнукраинскихъ выпадовъ являлся какъ бы олицетвореніемъ всѣхъ враждебныхъ украинству силъ. Между тѣмъ Марковъ, желая заручиться поддержкой украинцевъ, обязался: 1) въ дѣлѣ избирательной реформы идти рука объ руку съ украинскими депутатами; 2) не возбуждать въ сеймѣ вопроса о правахъ (велико)русскаго языка; 3) не выступать противъ католицизма. Однимъ словомъ, этотъ "русско-радикальный" націоналистъ отказывался отъ всего своего политическаго credo, лишь бы пробраться въ сеймъ.

И украинцы провалили своими голосами Ценскаго, который получилъ всего 108 голосовъ, тогда какъ за Маркова высказалось 126 избирателей. Такимъ образомъ и въ этомъ единственномъ округѣ, гдѣ выбранъ москвофилъ, въ сущности побѣдили украинцы,-- съ одной стороны, проваливъ ненавистнаго предсѣдателя польскаго "Національнаго Совѣта", а съ другой -- обезвредивъ фактически избраннаго москвофила.

Ценскому не посчастливилось и въ другомъ округѣ -- залѣщйцкомъ, гдѣ его побилъ украинецъ Окуневскій, Кромѣ Ценскаго, оказались побитыми и другіе видные представители "подоляковъ" и Н. Д. Украинцы торжествовали блестящую побѣду. Количество избранныхъ ими депутатовъ увеличилось съ 16 (въ прежнемъ сеймѣ) до 31. Пораженіе "подоляковъ" было чувствительное. Имъ удалось сохранить благодаря поддержкѣ москвофиловъ всего 14 изъ 18 мандатовъ крестьянской куріи. Пораженіе москвофиловъ, которымъ не удалось избрать, кромѣ Маркова, ни одного депутата, еще значительнѣе.

Исчезновеніе москвофильской группы въ сеймѣ чрезвычайно благопріятно для украинцевъ. У противниковъ украинскихъ требованій пропадаетъ очень вѣскій, то и дѣло пускаемый въ ходъ, аргументъ. "Вы не являетесь единственными представителями вашего народа" -- говорили постоянно польскіе націоналисты и коп. серваторы, указывая на москвофильскую группу, выступающую отъ имени того же народа съ совершенно другими требованіями, нежели украинцы. Теперь этого уже не будетъ. Украинцы вытѣснили своихъ соперниковъ изъ сейма и они въ правѣ требовать, чтобы отнынѣ съ ними считались, какъ съ единственными законными представителями украинскаго населенія края.

Въ Восточной Галиціи такимъ образомъ побѣдили сторонники компромисснаго проекта реформы. За то въ Западной они потерпѣли чувствительное пораженіе. Кампанія клерикаловъ и Н. Д., которую они вели, не брезгуя никакими демагогическими средствами, дала имъ 9 депутатскихъ полномочій въ то время, какъ народники потеряли 6 мандатовъ. Въ то же время и "станчики", которыхъ какъ ни какъ слѣдуетъ причислить къ сторонникамъ реформы, потеряли 4 изъ семи мандатовъ крестьянской куріи.

Такимъ образомъ взаимоотношеніе силъ въ новомъ сеймѣ почти благодаря результатамъ выборовъ въ крестьянской куріи. Если благодаря блестящей побѣдѣ украинцевъ лагерь сторонниковъ реформы усилился, то пораженіе народниковъ и "станчиковъ" въ той же мѣрѣ его ослабило. Вмѣстѣ съ тѣмъ побѣда украинцевъ будетъ способствовать радикализаціи требованій въ области избирательной реформы, между тѣмъ, какъ появленіе въ сеймѣ новой, клерикальной, группы придастъ радикальный оттѣнокъ отпору ихъ противниковъ.

Результатъ выборовъ по куріи городовъ, торговыхъ палатъ и крупной собственности не могъ уже измѣнить положенія, созданнаго выборами въ крестьянской куріи. Повсюду, за незначительными исключеніями, были выбраны тѣ же депутаты или сторонники тѣхъ же взглядовъ, выразителями которыхъ были ихъ предшественники.

Въ городахъ побѣдили демократы, и попытки Н. Д. увеличить количество мандатовъ, которыми она до сихъ поръ владѣла въ городахъ, потерпѣли фіаско. Въ Краковѣ обращаетъ на себя вниманія фактъ полученія соціалъ-демократомъ Дашинскимъ около 1500 голосовъ. У него не хватило сравнительно незначительнаго числа голосовъ для того, чтобы состоялась перебаллотировка между нимъ и демократомъ Сроковскимъ, извѣстнымъ публицистомъ, систематически защищающимъ необходимость соглашенія съ украинцами.

Особенно сильно разгорѣлась борьба во Львовѣ, выбирающемъ 6 депутатовъ. Тамъ понадобились вторичные выборы, такъ какъ при первыхъ оказались выбранными только пять кандидатовъ -- три демократа и два націоналъ-демократа.


VI.


7-го іюля разыгрался послѣдній актъ избирательной кампаніи во Львовѣ. Избиратели распались на два лагеря -- противниковъ и приверженцевъ польско-украинскаго компромисса и созданнаго, благодаря ему, проекта избирательной реформы. Приверженцы послѣдней выдвинули парламентскаго депутата Лисевича, представителя самой крайней изъ буржуазныхъ партій, одного изъ руководителей польской прогрессивной демократіи, искренняго демократа, человѣка, извѣстнаго многолѣтней стойкой защитой прогрессивныхъ началъ. Противники компромиссной избирательной реформы сплотились вокругъ личности весьма громкой и являющейся какъ бы воплощеніемъ всѣхъ отрицательныхъ сторонъ воинствующаго націонализма. Общимъ кандидатомъ націоналъ-демократовъ, клерикаловъ и консерваторовъ сталъ профессоръ львовскаго университета Ст. Грабскій -- родной братъ депутата Грабскаго, представлявшаго Варшавскую губернію въ трехъ первыхъ Думахъ.

Грабскій, какъ и большинство націоналистовъ, политическій ренегатъ. Въ началѣ девятидесятыхъ годовъ онъ былъ въ Варшавѣ дѣятельнымъ членомъ "Союза польскихъ рабочихъ" -- одной изъ соціалистическихъ организацій, вошедшихъ въ 1893 г. въ составъ образовавшейся тогда П. П. С. Эмигрировавъ, Грабскій принимаетъ участіе въ соціалистическомъ движеніи Прусской Польши, редактируетъ нѣкоторое время органъ П. П. С., издаваемый въ Берлинѣ, сотрудничаетъ въ лондонскомъ "Przedäwit"ѣ, участвуетъ въ цюрихскомъ интернаціональномъ соціалистическомъ конгрессѣ, пишетъ въ краковскомъ "Naprzod"ѣ (соц. органъ) и является глашатаемъ революціоннаго соціализма. Поселившись въ Галиціи, Грабскій стремится къ полученію каѳедры политической, экономіи и сначала сближается съ краковскими "станчиками", а затѣмъ переходитъ въ лагерь націоналъ-демократовъ. Вмѣстѣ съ послѣдней партіей Грабскій переживаетъ въ 1904--1908 гг. эволюцію отъ повстанческой революціонности до неославизма "безъ оговорокъ", провозглашеннаго Дмовскимъ. Карьера профессора львовскаго университета не удовлетворяетъ Грабскаго. Боевой темпераментъ толкаетъ его на борьбу. Онъ дѣлается вдохновителемъ главнаго органа Н. Д. въ Галиціи "Slowo Polskie", беретъ въ свои руки организацію партіи и скоро становится ея руководителемъ -- "галиційскимъ Дмовскимъ".

Демагогическіе пріемы Н. Д., характеризующіе ея тактику, были доведены Гравскимъ до совершенства. Борьба съ противниками путемъ самыхъ грязныхъ инсинуацій, клеветъ, подчасъ и а печатныхъ доносовъ, разжиганія самыхъ низменныхъ страстей широкихъ массъ, травля украинцевъ, евреевъ, соціалистовъ, мошенничества во время всякихъ выборовъ, заигрыванія съ клерикализмомъ, поддержка реакціонныхъ стремленій -- вотъ основныя черты политики Граоскаго. Его деспотическія замашки, нетерпимость по отношенію къ членамъ собственной партіи, желающимъ имѣть самостоятельное мнѣніе, страшная заносчивость и склонность къ постояннымъ интригамъ привели къ тому, что много отдѣльныхъ лицъ и даже цѣлыхъ группъ покинуло Н. Д. Тѣмъ не менѣе Грабскій насчитываетъ въ рядахъ своей партіи и фанатичныхъ приверженцевъ, безпрекословно исполняющихъ его волю. Изъ части университетской и ремесленной молодежи Гравскому удалось создать т. н. "боевку", игравшую видную роль во время всякихъ польско-украинскихъ столкновеній въ университетѣ, терроризующую противниковъ Н. Д. при выборахъ, бьющую стекла, въ окнахъ враждебныхъ ей редакцій и устраивающую по распоряженію Грабскаго демонстраціи черносотеннаго характера.

Націоналъ-демократы разсчитывали на блестящую побѣду Грабскаго. Были пущены въ ходъ всѣ средства уменьшенія шансовъ противника, полномочія избирательницъ раздобывались всякими правдами и неправдами, была мобилизована "боевка" Грабскаго, въ избирательныхъ коммиссіяхъ оказывалось давленіе на избирателей; благодаря тому, что весь избирательный аппаратъ находился въ рукахъ сторонниковъ Грабскаго, стала возможной подача голосовъ фиктивныхъ избирателей и т. д. Однимъ словомъ, Н. Д. ничѣмъ не пренебрегли, чтобы только доставить побѣду своему кандидату, поддерживаемому консервативно-клерикальными элементами, кандидатъ которыхъ отказался отъ участія въ выборахъ въ пользу Грабскаго.

И все-таки, не смотря на это, Грабскій былъ побитъ Лисевичемъ. Львовъ отказался отъ сомнительной чести, имѣть своимъ представителемъ "диктатора Н. Д.", предпочтя ему искренняго демократа, сторонника демократической реформы избирательнаго закона и польско-украинскаго мира.

Въ куріи крупной собственности, въ которой до сихъ поръ выборы были пустой формальностью, на этотъ разъ не обошлось безъ сильныхъ треній. Этой куріи пришлось снабдить мандатами тѣхъ изъ "подоляковъ" и націоналъ-демократовъ, присутствіе которыхъ въ сеймѣ для реакціонеровъ является настоятельной необходимостью, но которые были провалены избирателями другихъ курій. Нельзя, напр., было обойти Ценскаго, гр. Скарбека, проф. Стронскаго, и помѣщикамъ пришлось потѣсниться. Среди нихъ возникла настоящая "братоубійственная" война, причемъ вытѣсненными оказались по большей части сторонники компромисснаго проекта.

Общій итогъ закончившихся 8-го іюля выборовъ привелъ къ слѣдующему взаимоотношенію партій въ новомъ Сеймѣ:

Демократы 16 (въ прежнемъ сеймѣ 19)

Прогресс. демокр 2 " " " --

Дикіе демократы 4 " " " 3

Народники 15 " " "20

Станчики 24 " " "31

Подоляки 40, " "40

Нац. демокр. 6 " " " 7

Клерикалы 9 " " " --

Украинцы 31 " " "16

Москвофилы 1 " " " 5

Нѣмецъ 1 " " " 1

Кромѣ этихъ избранныхъ населеніемъ депутатовъ, въ сеймѣ будутъ засѣдать вирилисты въ числѣ 12-ти, причемъ половина ихъ пойдетъ рука объ руку со сторонниками, другая -- съ противниками реформы. Такимъ образомъ на 161 членовъ сейма противниковъ компромисса будетъ около шестидесяти. Слѣдовательно, борьба за реформу избирательнаго закона и въ новомъ сеймѣ будетъ не изъ легкихъ. Какъ бы то ни было, ее нужно будетъ довести до конца, хотя бы пришлось еще разъ распустить сеймъ и объявить новые выборы. Однако до этого, по всей вѣроятности, дѣло не дойдетъ, такъ какъ побѣда украинцевъ не предвѣщаетъ ничего хорошаго противникамъ реформы въ случаѣ повторенія выборовъ. Уже теперь проникаютъ въ печать слухи о переговорахъ, которые ведутся по иниціативѣ центральнаго правительства и которые должны дать положительные результаты.

Такимъ образомъ Галиція находится у порога новой жизни, потому что демократизація ея политическаго строя создастъ такія условія, при которыхъ и польскій, и особенно украинскій элементъ получатъ возможность широкаго внутренняго развитія. А это не преминетъ отразиться и въ области вліянія ихъ на закордонныхъ земляковъ.


Л. Василевскій (Плохоцкій).


"Русское Богатство", No 3, 1913