# Культурные страны настоящего и будущего и ход их заселения

Александр Иванович Воейков

## Культурныя страны настоящаго и будущаго и ходъ ихъ заселенія.


Вопросы колонизаціи въ обширномъ смыслѣ болѣе чѣмъ когда-либо занимаютъ умы въ Россіи, Западной Европѣ и Америкѣ. Гдѣ еще есть страны, не населенныя или рѣдко населенныя дикарями, каковы ихъ естественныя условія, что можно ожидать отъ нихъ при ихъ заселеніи бѣлымъ человѣкомъ и иными племенами? Кто смотритъ на эти новыя страны съ надеждой, кто съ опасеніемъ или страхомъ, боясь ущерба для старыхъ культурныхъ странъ отъ вновь заселенныхъ. Боязнь конкурренціи новыхъ странъ, очевидно, играла главную роль въ новыхъ успѣхахъ протекціонизма въ послѣднія 16 лѣтъ въ Западной Европѣ гдѣ, какъ извѣстно, почти всѣ страны ввели пошлины для огражденія своего земледѣлія отъ конкурренціи странъ недавно занятыхъ человѣкомъ.

Земной шаръ настолько уже изслѣдованъ, въ общихъ чертахъ, что отвѣтъ на вышеозначенные вопросы возможенъ.


I.

Раздѣленіе земного шара на культурныя и некультурныя страны.-- 3 области первыхъ.-- Пригодность послѣднихъ къ обработкѣ, въ зависимости отъ климата.-- Ледники.-- Пустыни.-- Степи.-- Лѣса.-- Болота.-- Измѣненія ихъ подъ вліяніемъ человѣка.-- Огонь какъ первое его орудіе.


Посмотримъ, каковы въ самыхъ общихъ чертахъ физико-географическія условія земли, въ особенности относительно господствующей растительности или же ея отсутствія. Въ томъ отношеніи, въ которомъ мы разсматриваемъ здѣсь вопросъ, прежде всего нужно раздѣлить земной шаръ на страны культурныя, подвергшіяся очень сильному вліянію человѣка,-- страны, въ которыхъ существуетъ земледѣліе въ обширныхъ размѣрахъ и въ которыхъ естественная растительность замѣнена другою или подъ вліяніемъ человѣка значительно измѣнилась, по крайней мѣрѣ, относительно многихъ условій своего существованія. Такія страны находятся подъ всѣми широтами земного шара, кромѣ самыхъ высокихъ сѣверныхъ и южныхъ. Но собственно можно замѣтить, что имѣются лишь три обширныя области, въ которыхъ культурныя страны рѣшительно преобладаютъ надъ некультурными. Эти группы культурныхъ странъ: 1) Европа съ небольшою частью западной Азіи; 2) Южная и восточная Азія съ сосѣдними островами; 3) восточная часть Сѣверо-Американскаго материка въ широтахъ 30о--50о с. ш. Внѣ этихъ областей культурныя страны имѣются во многихъ другихъ мѣстахъ, но это или небольшіе острова {Наприм., Малые Антильскіе и Маскаренскіе о-ва.}, или береговыя полосы {Средняя часть Чили, часть средней и южной Калифорніи.}, наконецъ оазисы въ пустынѣ или очень сухой степи {Оазисы Сахары, Египетъ, Хивинскій оазисъ, Фергана и т. д.}, часто съ довольно интенсивнымъ земледѣліемъ, но незначительнымъ по объему, или же болѣе обширныя страны, но гдѣ вліяніе человѣка проявилось въ болѣе слабой степени, т.-е. земледѣліе существуетъ лишь въ зародышѣ или на небольшихъ пространствахъ, или оно полукочевое -- лядинное или переложное.

Остальное пространство земного шара по своему преобладающему характеру въ разбираемомъ отношеніи можетъ быть раздѣлено на слѣдующія главныя части:

1. Пустыни ледяныя. Подъ этимъ словомъ я разумѣю мѣста, постоянно покрытыя снѣгомъ или льдомъ (снѣжники и ледники) какъ въ высокихъ горахъ даже тропическаго пояса, такъ и материковые ледяные покровы южно-полярнаго материка, Гренландіи и нѣкоторыхъ другихъ острововъ. Подобныя страны по своимъ условіямъ, очевидно, менѣе всего поддаются воздѣйствію человѣка, да и впредь лишь въ весьма малой степени могутъ ему поддаваться. Намъ извѣстенъ лишь одинъ случай, когда человѣкъ успѣшно боролся со сравнительно небольшимъ ледникомъ, угрожавшимъ одной изъ швейцарскихъ долинъ. Внѣ этого, даже въ самыхъ культурныхъ странахъ, какъ Швейцарія, наступленіе ледниковъ считается явленіемъ неизбѣжнымъ, которому человѣкъ безмолвно покоряется. Временами ледники, увеличиваясь въ объемѣ, сносятъ большія лѣса, а иногда даже человѣческія жилища.

2. Пустыни сухія. Подъ этимъ словомъ я разумѣю собственно то, что обыкновенно называютъ пустынею. Прошло время, когда думали, что эти пустыни происходятъ отъ того или другого вліянія почвы. Въ настоящее время съ совершенною очевидностью дознано, что какъ ледяныя пустыни, такъ и пустыни сухія -- явленія климатическія. Гдѣ есть вода, гдѣ ее можно провести, тамъ человѣкъ торжествуетъ надъ сухой пустыней и собираетъ богатыя жатвы въ ея оазисахъ.

Въ природѣ рѣдко бываютъ рѣзкіе переходы. Въ собственномъ смыслѣ слова пустыней слѣдовало бы назвать лишь страну безъ всякой растительности, но приходится включить и мѣстности, гдѣ существуетъ рѣдкая растительность, имѣющая особую организацію, позволяющую ей переносить сильные жары и засухи и пользоваться самымъ незначительнымъ запасомъ влаги въ почвѣ. И такія пустыни въ своемъ естественномъ состояніи почвы столь же мало приспособлены къ жизни человѣка, какъ и пустыни въ собственномъ смыслѣ.

Часто, и даже слишкомъ часто, въ настоящее время думаютъ, что человѣкъ можетъ сдѣлать слишкомъ много относительно пустыни. Напомню фантастическій проектъ затопленія чуть ли не всей западной Сахары водами Атлантическаго океана. Теперь извѣстно, что эта часть пустыни выше океана, слѣдовательно о ея затопленіи не можетъ быть и рѣчи. Нужно отличать отъ него вполнѣ осуществимый проектъ затопленія очень небольшой части сѣверной Сахары, тунисскихъ шоттовъ, водами Средиземнаго моря, составленный капит. Рудэромъ (Roudaire). Этотъ проектъ породилъ цѣлую литературу за и противъ. Противники ясно доказали безполезность этого дѣла, но не сомнѣвались въ томъ, что оно исполнимо. Очевидно, не затопленіемъ человѣкъ можетъ бороться съ пустынею. Почти всѣ пустыни земного шара находятся выше уровня моря. Человѣкъ можетъ только или отвоевать тотъ или другой клочокъ проведеніемъ прѣсной воды и устройствомъ орошенія, или же, въ нѣкоторыхъ случаяхъ, разведеніемъ съ самой пустынѣ нѣкоторыхъ полезныхъ для него растеній. Очевидно, что съ точки зрѣнія физико-географической во второмъ случаѣ измѣненія будутъ не особенно значительны. Придется выбирать растенія, по своей организаціи приспособленныя къ тому, чтобы выносить очень сухой климатъ; кромѣ того, подобное растеніе нельзя сажать густо, нельзя, притомъ, сажать вездѣ; между ними, слѣдовательно, останутся большіе промежутки, подверженные всѣмъ условіямъ пустыни, сильному нагрѣванію солнца и сильнымъ вѣтрамъ.

Совсѣмъ иное дѣло -- созданіе оазисовъ. Здѣсь все и рѣзко измѣняется. Благодаря водѣ, можно воздѣлывать растенія, требующія большихъ количествъ влаги, роскошно развивающіяся, покрывающія землю сплошнымъ зеленымъ ковромъ, подъ тѣнью и защитой высокихъ деревьевъ, разводятся растенія, требующія влаги не только въ почвѣ, но и въ воздухѣ, и боящіяся сухихъ вѣтровъ. Растенія сами уже дѣйствуютъ на верхнюю часть земной коры, измельчаютъ ее, обогащаютъ перегноемъ и азотомъ, затѣняютъ отъ непосредственныхъ солнечныхъ лучей, даютъ защиту отъ вѣтра. Кто когда-либо былъ въ пустынѣ подъ палящими лучами солнца и затѣмъ рядомъ съ нею въ созданномъ руками человѣка зеленѣющемъ оазисѣ, тотъ дѣйствительно убѣдился въ могуществѣ человѣка.

Несомнѣнно, есть еще довольно значительныя пространства, которыя могутъ быть превращены изъ пустыни въ оазисы, но еще менѣе можно сомнѣваться въ томъ, что пока не измѣнится климатъ нашей земли, большая и гораздо большая часть пустынь не можетъ быть измѣнена такимъ образомъ. Въ пустынѣ воды нѣтъ, проводить ее на большія разстоянія или поднимать на значительныя высоты -- внѣ практически исполнимаго въ большихъ размѣрахъ. Такимъ образомъ, большая часть Сахары должна остаться пустынею, такъ какъ нигдѣ вокругъ нѣтъ большихъ рѣкъ, которыя могли бы отвоевать отъ нея значительныя пространства оазисовъ.

Уже лучше стоитъ дѣло въ пустыняхъ равнинъ нашего Туркестана. Здѣсь мы имѣемъ такія большія рѣки, какъ Аму и Сыръ-Дарья; Хивинскій оазисъ беретъ лишь 1/7 часть воды изъ первой, остальная вода безполезно теряется въ Аральскомъ морѣ и болотахъ заросшихъ камышомъ. Точно также и на нагорьѣ такъ называемой Центральной Азіи проходитъ довольно значительная рѣка Таримъ, которая могла бы превратить большое пространство пустыни въ оазисы. Теперь же эта драгоцѣнная влага испаряется въ озерѣ Лобъ-Норъ и камышахъ.

На другихъ материкахъ также имѣются большія пространства пустынь,-- пустынь гораздо болѣе безнадежныхъ, чѣмъ Арало-Каспійская низина, напримѣръ, въ южной Африкѣ, Австраліи, Сѣверной и Южной Америкѣ, причемъ въ послѣдней, какъ и въ Азіи, сухія пустыни имѣются на очень значительныхъ высотахъ.

3. Третій видъ земной поверхности -- степи, болѣе или менѣе покрытыя травою и могущія служить въ естественномъ состояніи пастбищами для домашняго скота, содержимаго человѣкомъ. Въ Старомъ и Новомъ Свѣтѣ степи, которыми человѣкъ еще не воспользовался для земледѣлія, служатъ ему въ этомъ качествѣ и почти нѣтъ уже степей, которыя бы такъ или иначе не послужили человѣку. Самыя обширныя пространства степей, покрытыхъ травой, но не поступившихъ подъ плугъ, находятся въ югозападной Сибири, затѣмъ кольцомъ вокругъ сухихъ нагорій Центральной Азіи, далѣе во многихъ мѣстностяхъ тропической Африки, такъ называемыя саванны, Сѣверо-Американскомъ материкѣ (преріи), затѣмъ въ тропической части Южно-Американскаго материка (льяносы) и въ среднихъ широтахъ того же материка (пампасы) наконецъ, значительныя пространства такихъ степей встрѣчаются въ южной Африкѣ.

Въ Австраліи степи занимаютъ приблизительно половину материка, а остальная половина занята пустынями, культурными странами и лѣсами. Извѣстно, что послѣднія три страны южнаго полушарія въ настоящее время могутъ считаться скотоводными странами по преимуществу; особенно развилось въ нихъ тонкорунное овцеводство,-- развилось до того, что ихъ дешевая шерсть угрожаетъ овцеводству Европы и Сѣверной Америкѣ и заставила уже многія страны ввести довольно высокія ввозныя пошлины на шерсть.

Но, казалось бы, не должно было произойти особенно крупныхъ перемѣнъ оттого, что страны, служившія пастбищами дикимъ животнымъ, въ настоящее время покрылись многочисленными стадами животныхъ домашнихъ; но это такъ кажется лишь на первый взглядъ, и можно сказать къ счастью, болѣе интенсивное скотоводство во всей Америкѣ и въ южномъ полушаріи началось въ очень недавнее время и потому человѣкъ можетъ слѣдить за тѣмъ, что произошло въ этихъ странахъ. Понятно, что измѣненія хотя не такъ значительны, какъ въ томъ случаѣ, когда человѣкъ превращаетъ степи или лѣса въ поля или сады, но измѣненія тѣмъ не менѣе существуютъ. Кому изъ хозяевъ не извѣстно, что даже наши породы домашнихъ животныхъ дѣйствуютъ совершенно не одинаково на травяную растительность, и въ особенности различаютъ въ этомъ отношеніи крупный и мелкій скотъ. Тѣмъ болѣе должно быть различіе тамъ, гдѣ прежде или совсѣмъ не паслось скота, или паслось лишь самое незначительное количество дикихъ животныхъ. Растительность рѣзко измѣняется подъ вліяніемъ домашняго скота бѣлаго человѣка. Извѣстна жалоба туземцевъ Новой Зеландіи (Маори): "клеверъ и подорожникъ бѣлаго человѣка такъ же вытѣсняютъ наши папортники, какъ онъ самъ вытѣсняетъ насъ съ нашей земли", и это указываетъ намъ, что и въ тѣхъ странахъ, какъ Азія, Африка, южная Европа, гдѣ скотоводство очень давно существуетъ, введеніе его тоже должно было сопровождаться значительными измѣненіями въ дикой растительности.

4. Лѣса. Обширныя пространства покрыты еще лѣсами, не подвергавшимися вліянію человѣка или подвергавшимися ему въ самыхъ незначительныхъ размѣрахъ. Главныя лѣсныя полосы земного шара по своей обширности слѣдующія пять: 1) сельвасы, главнымъ образомъ, въ области Амазонки, частью Ориноко; 2) Сибирскіе лѣса -- тайга и урманъ, занимающіе полосу Западной Сибири между степями и отчасти полями на югѣ и тундрами на сѣверѣ и гораздо болѣе обширныя и разнообразныя пространства въ Восточной Сибири; 3) въ Сѣверной Америкѣ полоса отчасти прерываемая культурными странами и занимающая обширныя пространства въ тѣхъ же широтахъ, что и Сибирская тайга, но доходящая почти до тропиковъ во Флоридѣ; 4) лѣса средней Африки, недавно открытые Станлеемъ въ верховьяхъ рѣки Конго; 5) лѣса, прерываемые культурными странами и неширокими проливами на Загангскомъ полуостровѣ Азіи и сосѣднихъ большихъ Зондскихъ островахъ. Первая, четвертая и пятая изъ этихъ полосъ несомнѣнно тѣ, гдѣ дикая растительность достигла самаго роскошнаго развитія. Здѣсь соединяются два условія особенно благопріятныя для растительности: высокая температура безъ большихъ крайностей и обильный запасъ влаги. Тайги Сибири и Сѣверной Америки находятся въ иныхъ условіяхъ: если влаги тамъ и достаточно, то тепла уже гораздо менѣе; періодъ благопріятный для растительности продолжается не долго, и это значительно ограничиваетъ число лѣсныхъ породъ и роскошное ихъ развитіе.

Несомнѣнно, что лѣсъ труднѣе поддается обращенію въ культурное состояніе, чѣмъ травяная степь, и можно сказать, что первое орудіе человѣка въ борьбѣ съ лѣсомъ -- огонь. Палы охотниковъ и рыболововъ были первыми средствами побороть лѣсныя деревья, и до сихъ поръ существуютъ большія пространства лѣсовъ, гдѣ примѣняется лишь полукочевое, такъ называемое лядинное хозяйство. Я употребилъ выраженіе, принятое на нашемъ сѣверѣ, но въ тропическихъ странахъ и до сихъ поръ существуетъ огневое хозяйство гораздо болѣе первобытное, чѣмъ на нашемъ сѣверѣ. Я видѣлъ подобное хозяйство не гдѣ-нибудь внутри Африки, а въ Мексикѣ, т.-е. странѣ, жители которой гордятся своими политическими учрежденіями на сѣверо-американскій образецъ. Тамъ въ сѣверной части штата Чіапасъ ежегодно выжигается лѣсъ то тамъ, то здѣсь и сѣется кукуруза. Орудія ограничиваются топоромъ и ножомъ для рубки деревьевъ и сучьевъ, затѣмъ послѣ пала въ золѣ дѣлаютъ отверстія заостренною палкой и въ нее кладется нѣсколько зеренъ кукурузы, въ маѣ къ началу дождливаго времени. Въ августѣ она поспѣваетъ; но такъ какъ въ это время идутъ дожди, то не пробуютъ ее собирать, а лишь слегка обламываютъ и оборачиваютъ початки, чтобы вода съ нихъ стекала, а затѣмъ уже въ ноябрѣ собираютъ и руками вынимаютъ зерна изъ початковъ. На слѣдующіе годы и не пробуютъ сѣять вновь на томъ же мѣстѣ, такъ какъ кустарная растительность такъ буйна, что человѣку съ ней не справиться. Замѣчу еще, что въ той мѣстности нѣтъ кузницы ближе 100 верстъ, гвозди неизвѣстны, также какъ и мельницы, даже ручныя. Кукурузу растираютъ въ муку цилиндрическимъ камнемъ. Вотъ до чего первобытны условія жизни въ тропическомъ лѣсу. Понятно, какъ слаба власть человѣка надъ природой въ такой странѣ.

Нужно замѣтить, что въ лѣсныхъ странахъ очень многое зависитъ отъ того, какія преобладаютъ породы и насколько влаженъ климатъ. Тамъ, гдѣ дожди идутъ въ теченіе цѣлаго года, какъ въ лѣсахъ у верховьевъ Амазонки, Ориноко, тамъ палы пускать нельзя или крайне трудно: лѣсъ не горитъ; поэтому въ такихъ странахъ до прихода европейцевъ земледѣлія почти совсѣмъ не было. Въ странахъ болѣе сухихъ, гдѣ въ теченіе нѣсколькихъ мѣсяцевъ не бываетъ дождей, дѣло идетъ уже легче и особенно легко тамъ, гдѣ преобладаютъ хвойныя деревья, которыя горятъ и на корню. Большіе лѣсные пожары, намѣренные и случайные, несомнѣнно, одинъ изъ самыхъ значительныхъ видовъ воздѣйствія не культурнаго или малокультурнаго человѣка на природу. Уже въ Европейской Россіи эти явленія не рѣдки и иногда достигаютъ громадныхъ размѣровъ; они еще чаще и сильнѣе въ Сибири, но, кажется, нигдѣ не достигаютъ такихъ размѣровъ, какъ въ Соединенныхъ Штатахъ, въ болѣе сухихъ климатахъ западной половины страны. Такъ въ 1889 г. экспедиція изъ членовъ конгресса и инженеровъ, посланная для изслѣдованія горныхъ лѣсовъ и орошенія, въ теченіе мѣсяца не выѣзжала изъ густого дыма лѣсныхъ пожаровъ и ни разу не видѣла передъ собой яснаго горизонта, между тѣмъ ей пришлось сдѣлать до 3,000 верстъ. Лѣсные пожары важны не только тѣмъ, что они на довольно долгое время лишаютъ почву растительнаго покрова и затѣненія, но и тѣмъ, что глубоко видоизмѣняютъ физическія свойства и химическій составъ почвы и способствуютъ измѣненію растительности.

5. Болота и тундры (Я употребляю здѣсь слово "тундры" въ общепризнанномъ значеніи нашего литературнаго языка. Извѣстно, однако, что народъ на нашемъ сѣверѣ понимаетъ это слово нѣсколько въ другомъ значеніи, именно онъ тундрой называетъ не только болота съ мерзлою почвой, но и вершины горъ за предѣлами лѣса). Нѣкоторыя болота, въ особенности тундры, относятся къ такимъ странамъ, которыя трудно поддаются воздѣйствію человѣка, между прочимъ -- и потому, что большія болота нельзя

Культурныя страны настоящаго и будущаго. 7 осушать мелкими клочками, а требуется обширный, хорошо соображенный планъ работъ и во многихъ случаяхъ осушеніе сразу большимъ пространствъ.

Болѣе или менѣе сплошныя тундры, т.-е. болота съ мерзлою почвой, мы находимъ на дальнемъ сѣверѣ Сибири и Сѣверной Америки за лѣсною полосой, но собственно болота иного свойства встрѣчаются въ самыхъ разнообразныхъ широтахъ до экватора включительно. Назовемъ хотя бы Васюганъ въ области Оби, Пинскія болота въ средней части западной половины Россіи, болота Флориды и Каролины на юго-востокѣ Соединенныхъ Штатовъ, наконецъ обширныя болота въ разныхъ мѣстностяхъ области Амазонки и особенно на водораздѣлѣ ея правыхъ притоковъ съ притоками Параны въ тропической части Южной Америки.

Еще очень недавно думали, что разграниченіе лѣса и тундры на дальнемъ сѣверѣ очень рѣзко и зависитъ отъ климата, но въ дѣйствительности здѣсь совершенно обратное тому, что мы имѣемъ относительно нашего понятія о пустынѣ: приходится все меньше сваливать на климатъ и обратить большее вниманіе на условія почвы и ея влажность. Настоящія тундры съ почвой постоянно мерзлой на небольшой глубинѣ далеко врѣзываются въ лѣсныя полосы сѣвера Европейской Россіи и Сибири. Если не постоянная мерзлота, то продолжающаяся до іюля -- встрѣчается даже въ моховыхъ болотахъ Лифляндской губерніи, по свидѣтельству академика Миддендорфа. То же самое можно сказать и о Сѣверной Америкѣ. Здѣсь заболачиваніе зависитъ отъ малаго наклона почвы, а глубокое промерзаніе почвы отчасти -- отъ этого же, но затѣмъ еще отъ отсутствія глубокаго снѣга,-- онъ такъ же легко сметается съ тундры, какъ со степи,-- и отъ особаго свойства растительнаго войлока тундровой растительности, затрудняющаго доступъ солнечныхъ лучей и теплаго воздуха, между тѣмъ какъ холодный воздухъ зимой легко проникаетъ между корнями растеній. Существованіе мерзлоты, т.-е. слоевъ непроницаемыхъ для воды на небольшой глубинѣ, со своей стороны, благопріятствуетъ застою воды и образованію болотъ и тундръ. Изслѣдованія нашего молодого ботаника Танфильева, знатока болотной растительности, въ области Печоры показали, что тундры нерѣдко вытѣсняютъ лѣсъ, мерзлота постепенно проникаетъ туда, и лѣсныя деревья погибаютъ, уступая мѣсто торфяному или моховому болоту съ постоянной мерзлотой на небольшой глубинѣ.

Тундры находятся въ слишкомъ суровомъ климатѣ; на землѣ еще слишкомъ много мѣстъ болѣе заманчивыхъ для человѣка, чтобъ онъ серьезно подумалъ о томъ, чтобы воспользоваться тундрами для земледѣлія. Они пока служатъ лишь пастбищами для сѣверныхъ оленей, т.-е. поприщемъ полярнаго полукочевого скотоводства лопарей и самоѣдовъ.

По пріемы, выработанные для борьбы съ болотами болѣе теплыхъ странъ, каковы наши Пинскія болота, со временемъ получатъ примѣненіе и на дальнемъ сѣверѣ и дадутъ возможность обратить много тундръ въ плодородныя поля и особенно луга. Главное дѣло здѣсь спускъ излишней воды, затѣмъ, быть можетъ, лѣсныя опушки, благопріятныя для болѣе равномѣрнаго залеганія снѣга. Профессоръ А. Н. Бекетовъ въ примѣчаніяхъ къ русскому переводу книги о Растительности земного шара Гризебаха первый указалъ на возможность такихъ работъ.

Я разсмотрѣлъ здѣсь главнѣйшіе виды растительности или отсутствія ея въ мѣстностяхъ некультурныхъ, причемъ легко замѣтить, что, начиная съ сухихъ пустынь черезъ степи, лѣса и болота съ тундрами, мы идемъ вообще отъ мѣстъ болѣе сухихъ къ болѣе влажнымъ, по крайней мѣрѣ, относительно влажности почвы: разность до того велика, что въ пустыняхъ сухость, а въ болотахъ избытокъ влаги несомнѣнно служатъ главнымъ препятствіемъ, мѣшающимъ человѣку пользоваться этими странами въ первобытномъ состояніи. Онѣ могутъ быть обращены въ поля лишь тогда, когда человѣку удастся побороть сухость пустынь и излишнюю влагу болотъ или тундръ, иначе сказать -- оросить первыя и осушить вторыя. Еще болѣе, конечно, избытокъ влаги въ первой изъ поименованныхъ мною мѣстностей, въ пустынѣ ледяной. Здѣсь, какъ вѣрно выразились уже давно, вода въ твердомъ видѣ, т.-е. ледъ является горною породой. Для того, чтобы воспользоваться подобными мѣстностями, человѣкъ долженъ былъ бы устранить эту воду въ твердомъ видѣ, этотъ снѣгъ и ледъ, который занимаетъ мѣсто надъ поверхностью, могущей со временемъ быть покрытою растительностью.


II.

Были ли нынѣшнія культурныя страны степями или лѣсами.-- Мнѣнія русскихъ и нѣмецкихъ ученыхъ.-- Бэръ и его "бѣличій" аргументъ,-- Строеніе почвъ степной и лѣсной.-- Какія страны заняты ранѣе человѣкомъ, очень плодородныя или мало плодородныя.-- Мнѣнія Рикардо и Кэри.-- Справедливость послѣдняго.


Одинъ изъ очень трудныхъ вопросовъ, о которомъ написано очень много: чѣмъ были прежде нынѣшнія культурныя страны? Какая тамъ господствовала растительность? Въ зависимости отъ точки зрѣнія авторовъ по этому вопросу высказываются самыя разнообразныя предположенія. Культурныя страны средней и западной Европы по большей части были заняты лѣсами. Объ этомъ сохранились историческія свидѣтельства, и жители этихъ странъ, не исключая ученыхъ, склонны думать, что таково же было прошлое и другихъ культурныхъ странъ. Отсюда, наприм., на многихъ нѣмецкихъ картахъ, на которыхъ нанесены области растительности, встрѣчаются такія обозначенія: 1) лѣсъ и культурныя страны (Wald u. Kulturland), 2) степи, 3) пустыни, 4) тундры. Очевидно, что авторы подобныхъ картъ уже заранѣе (а priori) рѣшаютъ вопросъ. Для нихъ несомнѣнно, что лѣса вездѣ предшествовали земледѣлію, что изъ странъ, не измѣненныхъ еще человѣкомъ, лѣсныя однѣ годны для культуры и составляютъ тѣ области, на которыя послѣдняя можетъ распространиться. Дѣло доходитъ просто до смѣшныхъ крайностей, наприм., одинъ изъ извѣстнѣйшихъ ботанико-географовъ Гризебахъ еще въ началѣ шестидесятыхъ годовъ былъ вполнѣ убѣжденъ въ томъ, что земледѣліе безъ искусственнаго орошенія невозможно въ степяхъ, а также и въ томъ, что въ средней и восточной части Европейской Россіи земледѣліе не идетъ на югъ далѣе 50о или 53о с. ш., т. е. останавливается приблизительно около Харькова и Сызрани.

Если уже знаменитые ученые высказывали такія нелѣпости, то чего же было ожидать отъ другихъ?

Такъ какъ въ Россіи на значительныхъ пространствахъ господствуютъ степи, то у насъ такихъ крайнихъ взглядовъ не встрѣчается и врядъ ли кто убѣжденъ, что степи не годятся для земледѣлія; но и у насъ долгое время шла ожесточенная полемика по вопросу о томъ, были ли степи южной Россіи въ прежнее время покрыты лѣсами или нѣтъ. Изъ защитниковъ второго мнѣнія укажу на Бэра и Щуровскаго, изъ защитниковъ перваго -- на Вейнберга и Палимисестова. Перевѣсъ учености, очевидно, на сторонѣ второго мнѣнія.

Не стану разбирать мнѣнія Щуровскаго, но упомяну въ нѣсколькихъ словахъ о пресловутомъ, такъ сказать, бѣличьемъ аргументѣ знаменитаго Бэра. Доказывая, что степи южной Россіи и ранѣе были степями, Бэръ основываетъ это положеніе на томъ, что въ горныхъ лѣсахъ Крыма не встрѣчается бѣлки. Еслибъ,-- говоритъ онъ,-- южная Россія была прежде покрыта лѣсами, то это животное, конечно, перешло бы изъ Полтавской и Харьковской губерній въ крымскіе лѣса, гдѣ оно нашло бы себѣ обильную пищу и другія благопріятныя условія существованія.

Въ чемъ же, однако, дѣло? Бэръ правъ въ томъ, что должна была существовать нѣкоторая непроходимая для бѣлки преграда между лѣсами равнинъ Европейской Россіи и горными лѣсами Крыма, но эта преграда могла быть и степью и водою. Достаточно было, чтобы лѣса материка и Крыма были отдѣлены преградою въ видѣ степи или морского рукава верстъ въ 50 шириною, чтобы бѣлка не могла перейти черезъ нее. Поэтому самые густые лѣса, распространяющіеся съ сѣвера до Перекопскаго перешейка, а съ юга до небольшого разстоянія къ югу отъ него, все-таки, не дали бы возможности бѣлкѣ перейти въ Крымъ, еслибъ они раздѣлялись хотя бы 50 верстами степи или воды. Если противники мнѣнія о существованіи лѣсовъ въ южной Россіи шли слишкомъ далеко, то защитники ихъ тоже не свободны отъ преувеличеній. И они дѣлали большія натяжки, толкуя по-своему отрывочныя и неясныя показанія древнихъ и средневѣковыхъ писателей. Въ настоящее время, кажется, всѣ безпристрастные ученые склоняются къ тому мнѣнію, что обширныя степи были съ самаго начала нынѣшняго геологическаго періода въ южной Россіи, но что лѣсовъ было болѣе тамъ, чѣмъ теперь, и значительное количество ихъ было истреблено человѣкомъ.

Въ недавнее время; какъ кажется, найденъ даже способъ судить о томъ, были ли тѣ или другія культурныя мѣстности ранѣе лѣсами или степями. Структура чернозема, образовавшагося изъ травяныхъ степей, и структура лѣсной почвы существенно различны. Уже во многихъ случаяхъ удалось доказать, что та или другая мѣстность, давно обращенная въ поля, была ранѣе покрыта лѣсомъ,-- доказать изслѣдованіями почвы, а впослѣдствіи получить подтвержденіе посредствомъ историческихъ свидѣтельствъ. Такъ, подъ Полтавой (напримѣръ, гдѣ нынѣ опытное поле общ. сельск. хоз.) строеніе почвы указываетъ, что сна лѣсного происхожденія, хотя лѣсовъ уже давно нѣтъ и поля также преобладаютъ, какъ на исконно степныхъ почвахъ верстъ 30 на з. отъ города, по рѣкамъ Голтвамъ. Впослѣдствіи, однако, были найдены документы, показывающіе, что вышепомянутая мѣстность еще въ XVII столѣтіи была подъ лѣсомъ.


III.

Условія тропическаго, пояса возникновеніе цивилизаціи въ странахъ сравнительно сухихъ.-- Индія, о. Ява, Америка.


Другой чрезвычайно важный вопросъ состоитъ въ томъ, какія страны сначала занимались человѣкомъ,-- страны ли наиболѣе плодородныя, съ роскошною растительностью, обѣщавшія богатыя жатвы, или же, напротивъ, страны со сравнительно бѣднымъ растительнымъ покровомъ, быстро истощаемыя культурными растеніями и требующія удобренія. Здѣсь споръ велся уже не между натуралистами, а между экономистами, причемъ рѣзко столкнулись между собой два мнѣнія: классическая или буржуазно-экономическая теорія заселенія земли англійскаго экономиста Рикардо и менѣе извѣстная теорія американскаго экономиста Кэри. Первый -- знаменитый авторъ "теоріи ренты" высказалъ предположеніе, что сначала занимаются человѣкомъ самыя богатыя страны, такъ какъ при началѣ заселенія человѣкъ имѣетъ выборъ и при этомъ, естественно, выбираетъ себѣ лучшія земли; затѣмъ, по мѣрѣ заселенія, по мѣрѣ того, какъ за лучшія земли приходится платить собственнику ренту, а болѣе бѣдныя остаются еще доступными для безплатнаго заселенія, занимаются эти послѣднія и, наконецъ, занимаются земли уже совсѣмъ мало плодородныя, способныя давать лишь самое незначительное вознагражденіе за трудъ. Эта теорія, очевидно, была составлена человѣкомъ, никогда не видавшимъ дѣвственныхъ странъ, живущимъ въ странѣ, гдѣ всѣ пространства, способныя къ воздѣлыванію, уже давно заняты человѣкомъ и почти все пространство принадлежитъ частнымъ лицамъ. Она удивительно логична, и ее пришлось бы признать справедливою, еслибъ не было фактовъ, ей противорѣчащихъ.

Кэри, американскій экономистъ, жившій въ странѣ, быстро заселявшейся, видѣвшій во-очію, какъ идетъ заселеніе дѣвственной страны, собиравшій свѣдѣнія о томъ изъ ближайшихъ источниковъ, высказалъ мнѣніе обратное и подкрѣпилъ его массой точныхъ, неопровержимыхъ фактовъ. Онъ указалъ на то, что изолированный человѣкъ, не владѣвшій хорошими орудіями, не могъ справиться съ буйною природой и растительностью плодородныхъ мѣстъ и потому выбиралъ не ту землю, которая лучше, а ту, которая доступнѣе.

Многія песчаныя пространства восточныхъ штатовъ Америки, покрытыя хвойными лѣсами, были въ числѣ первыхъ заняты человѣкомъ. Здѣсь легко было выжечь лѣсъ и немедленно получить нѣсколько урожаевъ; къ тому же климатъ былъ здоровѣе, не было лихорадокъ, вода не угрожала полямъ и жилищамъ. Затѣмъ почва быстро истощалась, но, благодаря большой густотѣ населенія и усовершенствованію техники, и мѣста съ болѣе густою растительностью становились доступнѣе для человѣка. Песчаныя поля бросались и опять зарастали хвойнымъ лѣсомъ, а человѣкъ селился въ долинахъ, гдѣ прежде расли лиственные лѣса или густыя травы, и, дѣлая большія первоначальныя затраты, получалъ за нихъ и большій % дохода. Самыя богатыя земли восточной части Соединенныхъ Штатовъ, долины по притокамъ нижняго Миссисипи, стали заниматься хлопковыми полями лишь со средины нынѣшняго столѣтія: до того трудно было справиться съ густою растительностью и осушить влажную почву.

Пока дѣло идетъ о лѣсной странѣ, теорія Кэри вполнѣ справедлива: дѣйствительно, заселеніе тамъ шло такимъ образомъ. Мало того, справедливо и обратное положеніе, впервые высказанное Кэри. По мѣрѣ того, какъ человѣкъ теряетъ власть надъ природой, онъ оставляетъ самыя богатыя земли, которыя и обращаются въ смрадныя болота, какъ Понтійскія и низовья многихъ рѣкъ Малой Азіи.

Не вѣрна, по крайней мѣрѣ отчасти, теорія Кэри по примѣненію къ травянымъ степямъ. Здѣсь мы имѣемъ, по большей части, почву очень плодородную, но легко доступную для обработки. Нужно замѣтить, что Кэри не зналъ травяныхъ степей Америки и что его теорія составлена на основаніи опыта лѣсныхъ частей материка; но, впрочемъ, весьма вѣроятно, что долины лѣсныхъ мѣстностей имѣютъ почву болѣе плодородную или, по крайней мѣрѣ, съ болѣе прочнымъ запасомъ плодородія, чѣмъ травяныя степи, такъ что выраженіе, упомянутое выше, лишь отчасти справедливо.

Если мы бросимъ взглядъ на тропическія страны и на древнія культуры, то окажется, что и тутъ мнѣніе Кэри справедливо, что первобытному человѣку трудно было бороться съ буйной лѣсной растительностью и влажною почвой и потому онъ сначала занималъ мѣстности менѣе богатыя отъ природы, по болѣе доступныя и болѣе здоровыя. На это обстоятельство уже давно указали историки. Примѣры южной Азіи и тропической Америки лучше всего докажутъ это.

Самыя культурныя страны Индіи не только въ древности, но и до сихъ поръ,-- страны, не очень богато одаренныя природою,-- страны, гдѣ для многихъ растеній, наприм. хлопка, фруктовыхъ деревьевъ, индиго, сахарнаго тростника, риса и т. п. необходимо искусственное орошеніе, какъ, наприм., сѣверо-западныя провинціи, Аудъ, Центральная Индія и т. д. Здѣсь мы находимъ, при густомъ населеніи, замѣчательныя зданія древняго и новаго зодчества, мѣста развитія главныхъ индійскихъ религій, философіи, грамматики, поэзіи, алгебры и т. д., между тѣмъ какъ страны съ богатой естественною растительностью, какъ, наприм., склоны Гималаи и западный берегъ полуострова, далеко отстали отъ странъ болѣе сухихъ и никогда не имѣли такой высокой культуры. Тамъ, гдѣ растительность достигаетъ наивысшаго развитія, какъ, наприм., въ такъ называемомъ Тераѣ, у подножія Гималаи, въ Ассамѣ (средней долинѣ Брахмапутры) и на восточномъ прибережьи Бенгальскаго залива,-- тамъ лишь въ самое послѣднее время, благодаря европейской техникѣ, подвинулось земледѣліе и то еще лѣса и болота занимаютъ большую часть пространства.

Загангскій полуостровъ (Индо-Китай) вообще имѣетъ гораздо болѣе густую растительность, т.-е. условія болѣе благопріятныя для земледѣлія, чѣмъ Индія, но культура здѣсь неизмѣримо ниже. Густо населены лишь очень немногія пространства, оотальныя еще въ первобытномъ состояніи. Мало того, мы находимъ здѣсь остатки высокой культуры, въ особенности знаменитыя развалины Анкоръ-Ватъ въ Камбоджѣ, въ такихъ странахъ, которыя опять заросли густыми лѣсами и обратились въ первобытное состояніе. Культура была здѣсь, несомнѣнно, индійская, т.-е. выработанная въ болѣе сухихъ, легче доступныхъ человѣку тропическихъ странахъ, потомъ она была перенесена въ громадные лѣса, но тамъ долго не удержалась.

То же самое можно сказать объ островѣ Явѣ: и тамъ была, несомнѣнно, индійская культура, но теперь она исчезла, и мѣста древнихъ столицъ въ восточной части острова заросли громадными лѣсами.

Китайская культура развилась на сѣверо-западѣ страны, по среднему теченію Хуанъ-Хэ (желтой рѣки) и ея притоковъ, въ мѣстности гораздо болѣе сухой и менѣе богато одаренной отъ природы, чѣмъ низовья этой рѣки, и особенно низовья Янъ-цзы-цзына (Голубая рѣка). Лишь когда китайцы окрѣпли, населеніе увеличилось, они были въ состояніи занять эти плодородныя долины и развести въ нихъ рисовыя поля. Для этого потребовались громадныя осушительныя и оросительныя работы, о которыхъ повѣствуютъ намъ китайскія лѣтописи, приписывая ихъ полумиѳическимъ богдыханамъ, жившимъ болѣе 4000 лѣтъ тому назадъ.

То же самое мы видимъ въ Южной Америкѣ. Огромные лѣса Амазонки и Ориноко до сихъ поръ остаются въ первобытномъ состояніи, человѣкъ здѣсь пользуется лишь лѣсными продуктами, особенно каучукомъ, а древнія культуры зародились всѣ на здоровыхъ, но сравнительно холодныхъ нагорьяхъ Перу, Боливіи и Экуадора и въ сухихъ долинахъ Перу на зап. склонѣ Андъ. Здѣсь природа была бѣднѣе, но доступнѣе: человѣкъ легче съ нею справлялся. Мало того, даже на Амазонкѣ мы видимъ, что культура отчасти пошла назадъ. Мнѣ случилось быть въ г. Сантаремѣ, въ 500 верст. отъ устьевъ Амазонки, у впаденія въ нее р. Тапажосъ, на плантаціи американца южанина. Онъ былъ увѣренъ, что поселился въ дѣвственномъ лѣсу, но нѣсколько громаднымъ манговыхъ деревьевъ показали мнѣ, что онъ былъ не правъ. Манго, какъ извѣстно, происходитъ изъ Индіи, и португальцы усердно распространяли его въ Америкѣ. Дѣйствительно оказывается, что въ концѣ XVIII и въ началѣ XIX столѣтія, пока Бразилія

Культурныя страны настоящаго и будущаго. 13 еще была португальскимъ владѣніемъ, земледѣліе по Амазонкѣ было болѣе распространено, чѣмъ теперь. Много полей впослѣдствіи было заброшено.

Теперь же, съ развитіемъ пароходства по Амазонкѣ и ея притокамъ, въ огромныхъ размѣрахъ производится добыча лѣсныхъ продуктовъ, особенно каучука, масса населенія въ долгу у португальскихъ купцовъ и мѣсяцевъ 6 проводитъ въ лѣсу, собирая каучукъ, но земледѣліе менѣе обширно, чѣмъ столѣтіе тому назадъ.

То же показываетъ намъ средняя Америка съ Мексикой. Почти всѣ древнія культуры были въ западной, болѣе сухой части страны или на нагорьяхъ, наприм. на мексиканскомъ нагорьѣ, въ Никарагуа и т. д. Что касается востока страны, то тамъ культура была въ Юкатанѣ, но это -- исключеніе, подтверждающее правило. Юкатанъ -- страна сухая, съ довольно жалкой естественною растительностью.

Здѣсь населеніе и земледѣліе сохранились, но верстахъ въ 150 къ югозападу мы находимъ развалины Паланке въ такомъ густомъ лѣсу, что его можно было бы принять за дѣвственный, если бы не развалины громадныхъ зданій. Здѣсь, какъ въ Камбоджѣ, природа одолѣла человѣка: онъ потерялъ власть надъ нею.

Существуетъ еще одна причина, почему древнія цивилизаціи возникали не въ роскошныхъ густыхъ лѣсахъ, а въ мѣстностяхъ бѣднѣе одаренныхъ отъ природы. Въ странахъ съ густой растительностью человѣкъ, съ одной стороны, долго могъ существовать на счетъ дикой растительности или лѣсныхъ животныхъ, въ странахъ болѣе бѣдно одаренныхъ это было менѣе возможно, приходилось поэтому болѣе трудиться, причемъ на старомъ материкѣ почти вездѣ пастушескій бытъ служилъ переходомъ отъ охотничьяго и рыболовнаго къ земледѣльческому, а въ Америкѣ и на востокѣ Азіи (Китай, Японія, Корея) пастушескаго быта не было. Въ болѣе бѣдныхъ и сухихъ странахъ, кромѣ того, необходимы были нѣкоторыя работы по орошенію. Эти работы опять-таки увеличивали власть человѣка надъ природой, а затѣмъ уже въ нѣкоторыхъ случаяхъ являлась возможность приступить и къ пользованію болѣе богатыми влажными странами. Относительно древнихъ цивилизацій несомнѣнно, что многія изъ нихъ существовали въ степныхъ мѣстностяхъ, каковы, наприм., сѣверо-западный Китай, сѣверо-западная Индія, Месопотамія, Мексика, или даже въ странахъ, бывшихъ пустынными и ставшихъ доступными культурѣ только благодаря искусственному орошенію, каковы, наприм., Египетъ, оазисы Центральной Азіи и долины въ западной части Перу.

Долгое время эти страны, бывшія нѣкогда пустынями и степями, были передовыми, пока перевѣсъ не перешелъ къ странамъ, бывшимъ ранѣе подъ лѣсами или болотами. Это произошло двоякимъ образомъ: 1) Въ Индіи и Китаѣ осѣдлая жизнь и цивилизація подвинулись на югъ и востокъ, причемъ лѣса были выкорчеваны и болота осушены. 2) Изъ западной Азіи и Африки цивилизація перешла сначала въ южную, затѣмъ въ среднюю и западную Европу -- страны лѣсистыя.

Но затѣмъ дѣло измѣнилось, и въ XIX столѣтіи, особенно во второй его половинѣ, цивилизованные народы быстро заселяютъ степи, оставляя пока нетронутыми, въ смыслѣ земледѣльческомъ, обширныя лѣсныя страны. Самыя большія движенія этого рода произошли въ Россіи и Соединенныхъ Штатахъ (съ Канадою).


IV.

Ходъ колонизаціи Россіи.-- Вліяніе набѣговъ кочевниковъ и крѣпостного права.-- Главныя задачи колонизаціи.-- Въ степяхъ и лѣсахъ Сибари требуется лишь упорядоченіе и защита лѣсовъ отъ расхищенія.-- Въ степяхъ восточнаго Закавказья и Туркестана необходимы большія оросительныя работы.-- Восточный берегъ Чернаго моря.-- Могущество растительности, трудность бороться съ нею.-- Можетъ ли русскій человѣкъ жать и работать въ теплыхъ климатахъ.-- Значеніе вегетаріанства.


Въ первыя времена Русскаго государства, особенно въ Кіевской Руси, въ поля обращались и первобытныя степи, и лѣса. Но вблизи степей, обращенныхъ въ поля, жили настоящіе степняки, воинственные кочевники, борьба съ ними была тяжела и до XIII столѣтія, а когда кочевники, пришедшіе изъ глубины Азіи, покорили Русь и наложили на нее дань, жить вблизи степей стало еще неудобнѣе, чѣмъ прежде, и русская колонизація все болѣе и болѣе углублялась въ лѣса сѣверо-востока, Руси Московской, легко покоряя мирныя финскія племена и ставя починки въ ихъ лѣсахъ. И послѣ освобожденія отъ татаръ и занятія степей нашей черноземной полосы колонизація ихъ пошла не особенно быстро, между прочимъ потому, что боялись набѣговъ кочевниковъ, жившихъ далѣе на югъ и востокъ, ставились сторожевые города, между ними были "засѣки" и линіи съ земляными валами. Остатки этого времени и до сихъ поръ сохранились -- это огромныя села нашихъ черноземныхъ степныхъ губерній, столь неудобныя для хозяйства. Селиться такимъ образомъ было необходимо, пока грозили набѣги крымцевъ и другихъ кочевниковъ, а затѣмъ осталась привычка.

Извѣстно, что въ XVI столѣтіи, по покореніи Казани и Астрахани и нѣкоторомъ обузданіи крымцевъ, крестьяне двинулись на югъ и востокъ, частью на "вольныя земли", частью въ имѣнія крупныхъ помѣщиковъ, сзывавшихъ къ себѣ крестьянъ и предлагавшихъ имъ болѣе льготныя условія, чѣмъ помѣщики, сидѣвшіе на старыхъ земляхъ Московскаго государства.

Во времена крѣпостного права колонизація юга и востока нѣсколько замедлилась, но далеко не прекратилась и шла тремя путями: 1) помѣщики переселяли своихъ крѣпостныхъ на жалованныя или купленныя пустынныя плодородныя земли. 2) Шли на югъ и востокъ бѣглые. Они селились не только на вольныхъ земляхъ, но и въ имѣніяхъ крупныхъ помѣщиковъ, которые ихъ охотно принимали. 3) Продолжалась колонизація казенныхъ земель по приказу свыше, или же вызывались охотники, и съ конца 30-хъ до качала 60-хъ годовъ, съ учрежденія министерства государственныхъ имуществъ до освобожденія крестьянъ, дѣло колонизаціи казенныхъ земель было организовано превосходно, чѣмъ рѣзко отличалось отъ полнаго пебереженія, наступившаго въ 60-хъ годахъ и продолжавшагося до начала 80-хъ гг.

Но все-таки колонизація шла довольно медленно, а въ XVIII столѣтіи, пожалованіе обширныхъ вотчинъ "случайнымъ людямъ", шло гораздо быстрѣе ихъ заселенія, и еще долго про обширныя владѣнія богатыхъ помѣщиковъ на югѣ и востокѣ можно было сказать то же, что Пушкинъ въ Полтавѣ говоритъ про Кочубея: "его луга необозримы, тамъ табуны его коней пасутся вольны, не хранимы", и т. д. Только кони часто замѣнялись волами и топкорунными овцами. Даже въ Харьковской губ. еще въ крымскую войну были имѣнія въ 50, 60 тысячъ десятинъ, гдѣ засѣвалось ежегодно не болѣе Уіоо части, а на остальномъ пространствѣ паслись стада помѣщика и его крѣпостныхъ.

Старики до сихъ поръ вспоминаютъ про Тогдашнее раздолье, про огромныя стада, которыя они держали, про чумацкіе обозы на Донъ за рыбой и въ Крымъ за солью. Съ 60-хъ годовъ плугъ и соха захватывали все большія пространства на всемъ черноземѣ Европейской Россіи, а въ плодородныхъ степяхъ къ югу отъ него распахано гораздо болѣе, чѣмъ слѣдовало бы: отсюда -- стѣсненіе скотоводства, образованіе сыпучихъ песковъ, ростъ овраговъ и т. д.,-- однимъ словомъ, человѣкъ слишкомъ часто оказывался хищникомъ, а не разумнымъ хозяиномъ.

Теперь чередъ за Сибирью, туда идетъ широкая волна переселенцевъ. Не пора ли подумать о томъ, чтобъ избѣгнуть ошибокъ, столь пагубно отразившихся на судьбѣ Европейской Россіи. Въ этомъ отношеніи я далеко не разумѣю только охраненіе лѣсовъ, луговъ и кустарниковъ отъ необдуманной распашки и лѣсныхъ порубокъ отъ пастьбы скота. Столь же неразумно было отношеніе къ лѣсу на сѣверѣ въ казенныхъ лѣсахъ, только въ обратную сторону. Здѣсь уже слишкомъ оберегали лѣса, сохраняя пропорцію, далеко превышающую потребность въ нихъ во всѣхъ отношеніяхъ, мѣшая распашкѣ, которая была бы совершенно у мѣста.

Дѣло дошло до того, что нѣсколько лѣтъ тому назадъ лѣсничіе Вологодской губ., подобно щедринскому "эксперту отъ наукъ", нашли крестьянскіе поселки и лядины, существовавшіе уже нѣсколько лѣтъ и начальству неизвѣстные. Финалъ былъ тотъ же, что у нашего сатирика: "были присланы окладные листы", но, къ сожалѣнію, до этого финала дѣло тянулось 3 года; лѣсничіе требовали выселенія крестьянъ, послѣдніе жили три года подъ страхомъ, понесли много лишнихъ расходовъ и т. д. Все это потому, что лѣсничіе обязаны беречь лѣсъ, гдѣ бы онъ ни находился, а никто, кажется, не обязанъ заботиться о томъ, чтобы государственныя земли получили надлежащее назначеніе.

Въ Сибири было бы теперь совершенно умѣстно оградить лѣса, необходимые въ томъ или другомъ отношеніи, отъ порубки и распашки, но не мѣшать колонизаціи остальной части, особенно въ полосѣ обширныхъ, почти дѣвственныхъ лѣсовъ, "тайгѣ" и "урманѣ".

Въ Восточной Сибири колонистамъ придется чаще имѣть дѣло съ корчевкой лѣсовъ, чѣмъ въ Западной; въ послѣдней, можетъ быть при жизни нынѣшняго поколѣнія, наступитъ чередъ осушенія болотъ, особенно громаднаго Васюгана.

Въ восточномъ Закавказьѣ и Туркестанѣ уже очень мало степей, годныхъ для земледѣлія безъ искусственнаго орошенія, еще менѣе лѣсовъ, которые могли бы быть распаханы безъ вреда для края, но за то немалое пространство сухихъ степей и пустынь, которыя можно оросить и превратить въ самые плодородныя поля. Кура и Араксъ въ Закавказьѣ, Аму и Сыръ-Дарья на равнинѣ и въ предгорьяхъ Туркестана несутъ много воды, безслѣдно пропадающей въ Каспіи, Аралѣ, пескахъ и болотахъ. Сколько еще оазисовъ, болѣе крупныхъ чѣмъ Хивинскій и Ферганскіе можно создать тамъ, сколькимъ милліонамъ людей дать небольшіе участки земли, способные при тепломъ климатѣ и орошеніи дать гораздо болѣе продуктовъ, чѣмъ обширные надѣлы на сѣверѣ.

Въ западномъ Закавказьѣ, особенно на восточномъ берегу Чернаго моря, мы встрѣчаемся съ иными условіями. Здѣсь природа слишкомъ могущественна, русскій человѣкъ не умѣлъ съ нею справиться, край далеко еще не дошелъ до культуры, которая была при черкесахъ. Они умѣли приспособить и жилье, и хозяйство къ условіямъ края. Здѣсь, при извѣстной осторожности, корчевка лѣсовъ вполнѣ умѣстна, еще болѣе, распашка мѣстъ, покрытыхъ колючимъ кустарникомъ и папоротниками.

Въ послѣднія 30 лѣтъ у насъ шла усиленная распашка степей, годныхъ для земледѣлія безъ искусственнаго орошенія. Цѣлинныхъ степей такого рода осталось уже не особенно много, даже нъ Сибири,-- отсюда необходимость теперь колонизировать земли или менѣе плодородныя, или хотя и болѣе плодородныя, но требующія предварительно болѣе значительныхъ затратъ, т.-е. лѣса и сухія степи, требующія искусственнаго орошенія. Такія степи есть и въ Европейской Россіи, и снѣговыми водами и водами небольшихъ рѣчекъ возможно оросить въ суммѣ не мало земли, хотя не сплошь, а сравнительно небольшими клочками, а водами Волги, Урала, Терека и Кубани -- сразу обширныя пространства.

Задачи русской колонизаціи сводятся въ настоящее время къ тремъ:

1. Населеніе плодородныхъ степей и лѣсовъ нашего типа, послѣднихъ, какъ на сѣверѣ Европейской Россіи и Сибири.

Здѣсь продолжается то же стихійное движеніе русскаго народа на югъ и востокъ, благодаря которому заселилась ранѣе большая часть Европейской Россіи, и задачи правительства сводятся къ упорядоченію дѣла и защитѣ нѣкоторыхъ природныхъ условій отъ хищничества, въ особенности къ сбереженію части лѣсовъ, необходимыхъ какъ для запасовъ топлива и подѣлочнаго матеріала, а также для защиты отъ образованія овраговъ, сыпучихъ песковъ и т. д.

2. Заселеніе степей Закавказья и Туркестана, гдѣ земледѣліе требуетъ искусственнаго орошенія. Здѣсь заселенію должны предшествовать большія техническія работы по проведенію и распредѣленію воды,-- работы, которыя при нашихъ условіяхъ по силѣ лишь государству. Русскіе земледѣльцы не привыкли къ хозяйству съ искусственнымъ орошеніемъ и лѣто очень жарко,-- вотъ причины еще затрудняющія русскую колонизацію. Но есть уже удачныя русскія поселенія въ Сыръ-Дарьинской области, показывающія что русскій человѣкъ умѣетъ приспособиться къ столь необычнымъ для него условіямъ, т.-е. сразу и къ жаркому климату, и къ хозяйству съ орошеніемъ.

Къ сожалѣнію, въ Закавказьѣ такихъ примѣровъ еще нѣтъ. Большинство русскихъ поселеній находится на значительной высотѣ, въ прохладномъ климатѣ, отчасти даже сходномъ съ сѣверо-востокомъ Европейской Россіи (окрестности оз. Гокчи, такъ называемыя Мокрыя горы или Духоборье въ ю.-з. части Тифлиской губ. и Карсская область).

Молокане въ сѣверной части Ленкоранскаго уѣзда живутъ въ тепломъ климатѣ, но воды для орошенія не имѣютъ.

3. Западное Закавказье, то-есть Кутаисская губернія и Черноморскій округъ.

Здѣсь, благодаря теплу и влагѣ, растительность почти тропическая, но именно благодаря этой роскоши растительности, да еще лихорадкамъ, человѣку трудно бороться съ природой и вполнѣ успѣшныхъ русскихъ поселеній еще нѣтъ. И здѣсь, какъ въ теплыхъ, сухихъ странахъ, требующихъ искусственнаго орошенія, единичными усиліями ничего нельзя сдѣлать. Прежде чѣмъ приступить къ серьезной колонизаціи, нужно осушить болота, провести дороги и т. д.

Помимо всего другого, и политическія условія заставляютъ желать русскихъ поселеній на такой важной окраинѣ, какъ восточные берега Чернаго моря. Думаемъ, что русскій народъ способнѣе другихъ народовъ сѣвера Европы жить въ теплыхъ климатахъ. Заключаю это изъ слѣдующихъ 2-хъ условій.

1. Уже у себя дома, на югѣ и востокѣ Европейской Россіи, приходится дѣлать самыя тяжелыя земледѣльческія работы въ такую жару, какой въ средней и западной Европѣ не бываетъ.

2. Русскій народъ -- вегетаріанецъ если не вполнѣ, то почти вполнѣ, и масса народа не привыкла къ ежедневному употребленію крѣпкихъ напитковъ, какъ привыкли къ нимъ нѣмцы и англичане. Теперь врачи и гигіенисты уже признали, что прежнее мнѣніе о пользѣ ежедневнаго употребленія спиртныхъ напитковъ неосновательно. Лучше для здоровья изрѣдка напиться пьянымъ, чѣмъ пить понемногу. Точно также извѣстно, что жирная мясная пища и спиртные напитки, главныя причины болѣзней европейцевъ, особенно англичанъ, въ жаркихъ странахъ.


V.

Задачи колонизаціи Соединенныхъ Штатовъ сходны съ нашими.-- Корчевка тропическихъ лѣсовъ какъ задача XX столѣтія.-- Кто ихъ заселитъ.-- Неспособность къ тому жителей Сѣверной и Средней Европы.-- Индусы и китайцы какъ колонисты лѣсовъ тропической Азіи и Малайскаго архипелага.-- Вѣроятная роль японцевъ.-- Будущее тропической Африка.-- Наибольшее пространство тропическихъ лѣсовъ въ Южной Америкѣ.-- Трудность задачи.


Наши "заатлантическіе друзья" стоятъ передъ такими же задачами. И у нихъ осталось уже мало степей для распашки въ мѣстахъ не требующихъ искусственнаго орошенія, и на устройство послѣдняго обращено серьезное вниманіе. Многое уже сдѣлано частными людьми и компаніями, а теперь чередъ, за законодательными мѣрами для упорядоченія пользованія водами.

И у американцевъ еще много лѣсовъ, годныхъ для колонизаціи, но врядъ ли ихъ корчевка пойдетъ быстро. Лѣса сѣверныхъ Штатовъ, по условіямъ почвы и климата, не обѣщаютъ богатыхъ жатвъ, трудъ корчевки и распашки великъ, а механическія приспособленія мало примѣнимы. Въ южныхъ Штатахъ, по климатическимъ условіямъ, земли изъ подъ лѣсовъ и болотъ могутъ дать гораздо болѣе, но самыя плодородныя мѣстности считаются смертельными для бѣлыхъ, особенно сѣверянъ, а негры недовольно предпріимчивы.

Въ Канадѣ корчевка и распашка лѣсовъ идетъ быстрѣе, чѣмъ въ Соединенныхъ Штатахъ; особенно занимаются этимъ французскіе канадцы, болѣе привычные къ лѣснымъ работамъ и менѣе высоко цѣнящіе свой трудъ, чѣмъ американцы.

Въ восточной части Аргентинской республики, Урагваѣ и самой южной части Бразиліи еще много степей очень плодородныхъ, не требующихъ искусственнаго орошенія, распашка ихъ идетъ дѣятельно. То же, хотя въ меньшихъ размѣрахъ, можно сказать о южной Африкѣ и Австраліи. Но конецъ уже близокъ и на трехъ материкахъ южнаго умѣреннаго пояса не долго уже придется "снимать пѣнки" съ плодородныхъ степей, будущее принадлежитъ несомнѣнно лѣсамъ съ одной стороны, степямъ съ искусственнымъ орошеніемъ съ другой. Послѣднихъ всего болѣе въ Россіи и Соединенныхъ Штатахъ. Что касается лѣсовъ, то, конечно, всего болѣе обѣщаютъ не "тайги" и "урманы" Сибири и сѣвера Соединенныхъ Штатовъ, а лѣса болѣе теплыхъ странъ, особенно тропическихъ.

Это, несомнѣнно, одна изъ задачъ XX столѣтія. Лѣсовъ съ богатой почвой, совершенно не населенныхъ или населенныхъ очень рѣдко дикарями-звѣроловами и рыболовами, или питающимися дикими плодами, еще очень много, далеко менѣе половины тропическаго пояса заселено сколько-нибудь густо. Огромныя пространства въ южной Америкѣ, на Загангскомъ полуостровѣ и островахъ Малайскаго архипелага еще ждутъ населенія и обработки. Даже въ Африкѣ есть такія мѣстности, какъ, напримѣръ, недавно открытые обширные лѣса въ верховьѣ р. Конго, хотя вообще тропическая Африка гуще заселена, чѣмъ другія тропическія страны, за исключеніемъ Индіи, Тонкина и немногихъ острововъ. Нынѣшнія условія населенности богато одаренныхъ тропическихъ странъ очень любопытны. Несмотря на обиліе даровъ природы, даже умѣренно густое населеніе около 50 жит. на квадр. версту встрѣчается лишь тамъ, гдѣ человѣкъ покорилъ природу, гдѣ существуетъ земледѣліе въ обширныхъ размѣрахъ, очень густое тамъ, гдѣ въ большихъ размѣрахъ воздѣлывается рисъ, а послѣдній, за немногими исключеніями, требуетъ искусственнаго орошенія.

Особенно любопытно распредѣленіе населенія на обширномъ Малайскомъ архипелагѣ. Немногія страны такъ роскошно одарены природой. Уже два столѣтія эти острова находятся во власти или подъ покровительствомъ Голландіи, за это время не было опустошительныхъ войнъ -- и что же мы видимъ? Густо населенъ большой островъ Ява "Жемчужина Востока", сосѣдніе съ нимъ меньшіе острова Мадура и Бали, нѣсколько малыхъ Молуккскихъ острововъ, средняя часть западнаго берега Суматры съ сосѣдними Падангскими горами (Padangsche Bovenlanden) и, наконецъ, сѣверо-восточная часть о. Целебеса (Менадо). Вотъ и все. Слишкомъ 9/10 архипелага населены крайне слабо, а частью и совсѣмъ не населены. Тамъ, гдѣ у населенія были начатки гражданственности, голландская администрація сумѣла ихъ развить, способствовала успѣхамъ хозяйства, ограждала земледѣльцевъ отъ притѣсненія. Благодаря этимъ разумнымъ мѣрамъ, населеніе Явы росло перевѣсомъ рожденія надъ смертностью быстрѣе, чѣмъ гдѣ бы то ни было въ Европѣ и тропическихъ странахъ. Но гдѣ такихъ начатковъ не было,-- и искусная голландская администрація ничего не могла сдѣлать. Лишь въ Менадо миссіонеры обратили дикарей въ христіанство и, не ограничиваясь этимъ, научили ихъ сельскому хозяйству и ремесламъ, такъ что жители этой страны теперь живутъ лучше, чѣмъ гдѣ бы то ни было во владѣніяхъ Голландіи, и населеніе быстро растетъ.

Кѣмъ же будутъ заселяться обширные лѣса тропической полосы? Европейскіе народы,-- по крайней мѣрѣ, болѣе дѣятельные и предпріимчивые народы сѣверной и средней Европы,-- въ настоящее время на то неспособны, т.-е. неспособны сами обрабатывать землю въ тропическихъ низменностяхъ. Не стану разбирать вопросъ о томъ, насколько эта неспособность зависитъ отъ природныхъ условій и насколько отъ привычекъ и даже предразсудковъ, но фактъ на-лицо и скораго измѣненія нельзя ожидать. Европейцы, распоряжающіеся судьбами почти всей тропической Африки, южной Азіи, острововъ Малайскаго архипелага и Полинезіи, могутъ, при нынѣшнихъ условіяхъ и привычкахъ, жить тамъ въ качествѣ чиновниковъ, купцовъ, хозяевъ и управляющихъ имѣніями и заводами, но не земледѣльцевъ, и землю приходится обрабатывать чужими руками. Кѣмъ именно -- вотъ вопросъ. Мѣстами онъ разрѣшается очень просто. Всѣ лѣса Загангскаго полуострова, поскольку они принадлежатъ ко владѣніямъ Великобританіи, несомнѣнно, заселятся нынѣшними земледѣльцами Индіи,-- движеніе уже въ полномъ ходу.

Китайцы охотно бы заселяли остальные лѣса Загангскаго полуострова и Зондскихъ острововъ, Новой Гвинеи и т. д. Они вполнѣ способны жить и работать въ тропическихъ странахъ, но европейскія правительства не охотно допускаютъ китайцевъ въ свои владѣнія. Японцы также могутъ колонизировать тропическія страны. Уже 20 лѣтъ тому назадъ я убѣдился въ томъ, что японцы -- плохіе колонисты болѣе холодныхъ странъ, почему сѣверный островъ ихъ архипелага, богато одаренный, Ессо или Хоккайдо, еще очень мало заселенъ, и были бы прекрасными колонистами для тропическихъ странъ. Дѣло въ томъ, что у японцевъ рисъ -- главная пища; огромную роль въ ихъ жизни играетъ бамбукъ, мѣсяца 3 въ году температура и влажность чисто-тропическіе и земледѣльцы привыкли исполнять трудныя работы въ такую погоду {См. Очерки изъ путешествія по Японіи.-- Извѣстія Имп. русск. географическаго общества за 1877 г.}. Замѣчу, что именно равномѣрный влажный жаръ особенно тяжелъ для сѣверянъ. Въ нашихъ степяхъ и въ американскихъ преріяхъ лѣтомъ среди дня нерѣдко жарче, чѣмъ въ Японіи и подъ экваторомъ, но воздухъ сухъ, потъ охлаждаетъ тѣло, за жаркимъ днемъ слѣдуетъ прохладная ночь, и человѣкъ отдыхаетъ отъ жара. Японцы привыкли къ влажному тропическому жару и повидимому не страдаютъ отъ него, чему способствуетъ имъ легкая, не жирная растительная пища. Отъ холода они очень страдаютъ въ своихъ воздушныхъ домахъ безъ печей. По завоеваніи о. Формозы, японцы могутъ попробовать свои силы въ тропической странѣ, а если дѣло пойдетъ успѣшно, то, думаемъ, и Филиппинскіе острова не долго останутся во власти Испаніи. Предлогъ для завоеванія такой прекрасной страны найдется. Въ Африкѣ очевидно достаточно населенія для того, чтобы постепенно превратить въ поля и сады нынѣшніе лѣса и болота. Къ тому же, это населеніе -- не дикари, а земледѣльцы, давно знакомые съ добычей желѣза изъ рудъ. Ихъ нужно только оградить отъ опустошительныхъ войнъ и набѣговъ рабовладѣльцевъ.

На южно-американскомъ материкѣ находится самая обширная область незаселенныхъ или рѣдко заселенныхъ дикарями тропическихъ лѣсовъ. Гидрографически они находятся въ бассейнахъ Амазонки, Ориноко, нѣсколькихъ меньшихъ рѣкъ атлантическаго побережья и сѣверной части бассейна Лаплаты, политически входятъ въ составъ республикъ Бразиліи, Венецуэлы, Колумбіи, Экуадора, Перу, Боливіи и Парагвая и европейскихъ владѣній Гвіанъ британской, нидерландской и французской.

Не населенная или изрѣдка лишь заселенная лѣсная область здѣсь сплошная, и на всемъ огромномъ пространствѣ живутъ, кромѣ дикарей, лишь очень немногіе жители, вѣроятно, не болѣе 500 тысячъ, по берегамъ большихъ судоходныхъ рѣкъ, особенно Амазонки и ея притоковъ и Ориноко, почти всѣ въ торговыхъ пунктахъ. Вывозъ довольно значителенъ, но состоитъ исключительно изъ лѣсныхъ продуктовъ. Населеніе всѣхъ государствъ и колоній, за которыми числятся эти обширныя страны, сосредоточивается далеко отъ нихъ. Такъ болѣе населенная часть Бразиліи на побережьяхъ Атлантическаго океана и странахъ немного къ западу отъ прибрежнаго хребта, трехъ Гвіанъ -- на побережьѣ и въ низовьѣ рѣкъ, впадающихъ въ Атлантическій океанъ, Венецуэлы и Колумбіи на побережьѣ Караибскаго моря и въ горахъ. Экуадоръ и Перу имѣютъ болѣе густое населеніе на береговой полосѣ Тихаго океана, а также въ горахъ и на нагорьѣ, гдѣ населены и очень высокія мѣста, Боливія не имѣетъ побережья, и все ея осѣдлое населеніе живетъ въ горахъ и на нагорьяхъ, наконецъ въ Парагваѣ культурная часть страны -- южная, внѣ тропиковъ.

Лишь въ Бразиліи и Венецуэлѣ имѣется удобное сообщеніе лѣсной области съ моремъ, благодаря судоходнымъ рѣкамъ; къ тому же, эти государства владѣютъ устьями большихъ рѣкъ. Всего неудобнѣе сообщеніе амазонской лѣсной полосы съ населенными и культурными частями страны въ Колумбіи, Экуадорѣ и Перу.

Всѣмъ этимъ государствамъ некѣмъ населить обширные лѣса, и остальная часть ихъ территоріи населена довольно слабо. Къ тому же, часть населенія, самая трудолюбивая, еще менѣе европейцевъ можетъ населить тропическія низменности: это -- жители горъ и нагорій южнаго Перу и Боливіи -- Кечуа и Аймара. Они такъ привыкли къ своему холодному, сухому климату, что, навѣрное, быстро вымерли бы въ лѣсахъ Амазонки. Даже жители менѣе высокихъ странъ тропической Америки -- нагорій Мексики и Гватемалы -- боятся климата жаркихъ низменностей (tierra caliente) и посѣщаютъ ихъ только на короткое время.

Поэтому нѣтъ сомнѣнія въ томъ, что колонизація тропическихъ лѣсовъ Южной Америки пойдетъ очень медленно, если правительства этихъ странъ не сумѣютъ привлечь къ ней Китайцевъ, да и въ послѣднемъ случаѣ дѣло пойдетъ не особенно быстро. Вѣроятно, еще здѣсь будетъ много незаселенныхъ и необработанныхъ пространствъ, когда уже ихъ не станетъ на азіатскомъ материкѣ и большихъ островахъ къ югу и востоку отъ него.


А. Воейковъ.


"Русская Мысль", кн.IV, 1896