# Вольтер: биографическая справка

Аноним Вольтер

Вольтер


(Voltaire) [псевд.; наст. имя -- Мари Франсуа Аруэ (Arouet); 21.XI.1694, Париж, -- 30.V.1778, там же] -- франц. писатель, философ, историк. По настоянию отца-нотариуса В. готовился к профессии юриста; однако его влекла к себе лит-ра. Сблизившись по окончании иезуитского коллежа с кружком вольнодумцев-аристократов (т. н. об-во Тампля), он начал писать стихи в духе тогдашней "легкой поэзии". Лирика молодого В. проникнута эпикурейскими мотивами, но содержит и политич. выпады против регента и его двора. За это В. был заключен в Бастилию (1717); там он закончил свою первую трагедию "Эдип" (пост. 1718, изд. 1719, рус. пер. 1791). После выхода из тюрьмы В. стал модным поэтом светских гостиных, но вскоре, из-за ссоры с дворянином Роганом, он снова оказался в Бастилии, а затем был выслан за пределы Франции (1726). В Англии (1726--29) В. изучал политич. жизнь, философию и лит-ру. Его "философские письма", изд. в 1733 в Лондоне под назв. "Письма об английской нации" ("Letters concerning the english nation"), -- не только дневник впечатлений; их гл. мысль -- противопоставление более передовых и свободных англ. обществ. порядков абсолютистской Франции. Изданное во Франции в 1734 соч. В. было осуждено парламентом на сожжение. В. бежал на границу Лотарингии -- в Сире ́, в имение маркизы дю Шатле, где прожил до 1745. Здесь были написаны философские работы, историч. труды: "Век Людовика XIV" ("Siècle de Louis XIV", изд. 1751 и 1768), "Опыт о нравах и духе народов" ("Essai sur les moeurs et l'esprit des nations", изд. 1756); поэмы: "Орлеанская девственница" ("La pucelle d'Orléans", 1735, анонимное изд. 1755, несколько измененное изд. 1762), "Светский человек" ("Le mondain", 1736), "Рассуждение о человеке" ("Discours en vers sur l'homme", 1738, рус. пер. 1788), трагедии "Альзира, или Американцы" ("Alzire ou les américains", 1736, рус. пер. 1786), "Фанатизм или Магомет пророк" ("Le fanatisme ou le Mahomet le prophète", 1742, рус. пер. 1798), "Меропа" ("Mérope", пост. 1743) и др.

В 1745 В. снова в Париже. Двор заигрывал с ним; Людовик XV пожаловал ему титул камергера и назначил придворным историографом; В. избрали членом Франц. академии, к-рая до этого дважды отвергала его кандидатуру. Сторонник "просвещенного абсолютизма", В. путем приближения ко двору стремился повлиять на общественную жизнь Франции. Однако попытка превратить Людовика XV в образцового монарха, конечно, не увенчалась успехом, и В. пришлось покинуть Версаль. Столь же неудачным оказалось пребывание В. при дворе прусского короля Фридриха II (1750--53). В 1754 В. направился в Швейцарию, поселился близ Женевы в имении Делис, но и в кальвинистской республике он не нашел себе места. Только в своем имении Ферне́, на границе Франции и Швейцарии, в к-ром В. поселился с 1758, он почувствовал себя независимо. С этого времени начался последний и наиболее плодотворный период его деятельности. В. поддерживал самые тесные отношения с молодым поколением просветителей -- Д. Дидро, Ж. Л. Д'Аламбером, К. А. Гельвецием, П. А. Гольбахом, активно сотрудничал в Энциклопедии, где писал по вопросам истории, философии и морали.

Творчество В. этих лет разнообразно по темам и жанрам: философские повести "Кандид, или Оптимизм" ("Candide ou l'optimisme", 1759), "Простодушный" ("L'ingénu", 1767, рус. пер. 1775) и др.; трагедии "Танкред" ("Tancrède", пост. 1760, изд. 1761, рус. пер. 1816), "Олимпия" ("Olimpe", изд. 1763, пост. 1764), "Скифы" ("Les scythes", 1767) и др., публицистика; гл. направление его интересов связано с борьбой против религ. нетерпимости и мракобесия. Фраза "раздавите гадину" (подразумевалась католич. церковь), к-рой В. обычно заканчивал свои письма к друзьям, стала как бы паролем просветителей. Памфлеты, брошюры и листовки В. разрушали авторитет церкви, оплота реакц. сил старого порядка. Этой цели служили и судебные процессы, к-рые вел В. в защиту невинных жертв религ. фанатизма (дела Каласа, Сирвена, Лабарра, Д'Эталонда и др.). В. опирался теперь на новую силу -- обществ. мнение всей Европы и сам являлся наиболее ярким выразителем его. Ферне стал местом паломничества. Венценосные властители Европы -- Екатерина II, Фридрих II, Густав III и др. -- гордились теперь дружбой с В., всячески расшаркиваясь перед "фернейским патриархом".

В феврале 1778 В. решил вернуться на родину. Возвращение в Париж превратилось в апофеоз великого просветителя. Когда В. умер, церковь, с к-рой он всю жизнь находился в непримиримой вражде, запретила хоронить его; но племянник В., аббат Миньо, тайно отвез его тело в аббатство Сельер в Шампани и там предал его земле. Во время революции в 1791 по решению Конвента останки В. были перенесены в Пантеон.

По своим философским взглядам В. был деистом. Придерживаясь материалистич. объяснения явлений природы, он, однако, в духе деизма признавал существование бога как силы, сообщившей материи движение, способность ощущать и мыслить. При этом В. опирался на теорию предустановленной гармонии Г. В. Лейбница. Позднее, в 50--60-х гг. 18 в., В., видя социальное зло, подверг резкой критике эту теорию и открыто выражал сомнения в существовании божеств. разума. Но на позиции атеизма В. никогда не становился. Он допускал, что образованные люди -- философы -- без религии могут обойтись, но для народа она необходима. В. -- сторонник учения о "естественной религии", основанного на идеалистич. представлении, что существуют некие общие для всех времен и народов принципы нравственности, заложенные в природе человека, но проявляющиеся лишь в обществе, в ходе развития цивилизации. В религии В. видел не только моральную узду; религия необходима и для того, чтобы охранять частную собственность и обществ. порядок. Понимая, что в бурж. обществе останутся нищета и невежество народа, В. считал все же бурж. порядки единственно возможными и разумными, двигающими общество по пути прогресса, а движение низов с требованиями имуществ. равенства -- опасным для судеб цивилизации; вместе с сочувствием к страданиям народа у В. проявлялся и страх перед ним. Революц. ломка старого общества мыслилась В. лишь в виде "революции сверху", осуществляемой "просвещенным" монархом в интересах нации. Ориентация на просвещенный абсолютизм часто толкала В. на путь поддержки самых скромных реформ, проводимых королевской властью. Однако революц. сторона мировоззрения В. в конечном счете брала верх над консервативной. Об этом говорит та взаимная вражда, к-рой каждый раз кончались его отношения со всеми государями и дворами. В 60-е гг. наряду с идеалом просвещенной монархии В. выдвигал идеал республики как наиболее разумной формы гос. устройства ("Республиканские идеи" -- "Idées républicaines", 1762). Призыв к установлению республики содержит и последняя трагедия В. "Агафокл" ("Agathocle", пост. 1779).

С социально-политич. интересами В. тесно связаны его историч. труды. Он первый отказался от простого хронологич. перечисления историч. фактов и описания деяний историч. героев (королей, полководцев и т. п.), уделяя гл. внимание истории народов, их нравам, обычаям, культуре. Отвергая идею провиденциализма, В. выдвинул принцип прогрессивной эволюции мира, независимой от воли божества. Но сама идея прогресса у В. носила еще абстрактный, идеалистич. характер; в его глазах история являлась ареной борьбы разума и неразумия, добра и зла.

Общие противоречия мировоззрения В. нашли отражение и в его эстетике. Он колебался между свободой чувства и рационалистич. системой норм прекрасного. Признавая относительность представлений о красоте, В., однако, убежден, что существуют незыблемые для всего человечества правила хорошего вкуса. Историч. многообразие худож. форм и общие законы иск-ва выступали у В. в неразрешимом противоречии. Гл. направление худож. интересов В. связано с театром. Лит. деятельность его открывается трагедией "Эдип" ("Oedipe", 1718), а завершается трагедиями "Ирина" ("Irène", пост. 1778, изд. 1779) и "Агафокл". В. принадлежат 54 драматич. произв. (трагедии, комедии, драмы в прозе, либретто опер, комич. опер и дивертисментов). В театре В. видел могучее средство воспитания людей, трагедия для него -- "школа добродетели". Такое понимание драматургии характеризует большинство трагедий В., проникнутых злободневной политич. или философской мыслью. Особенно явственно это выступает в одной из лучших трагедий В. "Магомет", где все подчинено идее разоблачения преступной роли религии и церкви. Для эстетики и драматургии В. громадное значение имело творчество У. Шекспира с его грандиозными образами, гуманистич. пафосом, большой социально-историч. темой. Высокая оценка Шекспира сочеталась, однако, у В. с резкой его критикой и ориентацией на эстетику и худож. практику франц. классицизма 17 в. Принцип "природы" и "свободы", воплощенный для В. в шекспировском театре, составляет только одну сторону его просветительского идеала. Перед третьим сословием Франции стояли задачи революц. борьбы, требовавшие героизма, самоотречения и дисциплины. Герои Шекспира поэтому привлекали В. своей естественностью и свободой, но одновременно казались слишком своевольными, необузданными. Народность и реализм шекспировской драмы В. воспринимал как проявление варварства, нарушение худож. меры. В трагедиях П. Корнеля и Ж. Расина он видел преимущества -- в умении их героев подчинять чувства сознанию долга, в чеканной форме, являвшейся в его глазах результатом развития цивилизации и культуры.

Противоречия, проявившиеся в эстетике В., определили две характерные тенденции в его драматургии 30-х гг.: создание политич. респ. трагедии в традициях классицизма ("Брут" -- "Brutus", пост. 1730, изд. 1731, рус. пер. 1783, "Смерть Цезаря" -- "La mort de César", 1735, рус. пер. 1777, и др.) и защита прав человека от феод.-христ. догм ("Заира" -- "Zaïre", пост. 1732, рус. пер. 1779, "Альзира", "Аделаида Дюгеклен" -- "Adélaïde du Guesclin", пост. 1734, изд. 1765, и др.). В этих пьесах заметна связь с шекспировским театром, особенно в "Заире", явившейся прямой переделкой трагедии "Отелло". Влияние Шекспира сказалось и в нек-рых отступлениях В. от поэтики классицизма: трагич. созерцательность сменилась в его трагедиях стремлением эмоционально воздействовать на зрителя. В. отказался от мифологич. сюжетов, пытался воссоздать нац. колорит, форсировал драматич. положения и обострял интригу. В 40-е гг. драматургия В. приобрела новый характер -- не Шекспир, а античный театр стал ее главным худож. истоком. Понимание античного иск-ва у В. являло собой ту новую концепцию античности, к-рая характерна для всего европ. Просвещения. Под влиянием античного идеала в трагедиях В. возник образ героя, у к-рого гармонически сочетаются долг и чувство, человечность и героизм (образы Меропы из трагедии "Меропа"; Электры из трагедии "Орест" -- "Oreste", 1750, рус. пер. 1814; Цицерона из трагедии "Катилина, или Спасенный Рим" -- "Catilina ou Rome sauvée", 1750; Идаме из пьесы "Китайский сирота" -- "L'orphelin de la Chine", 1755, рус. пер. 1788). Отказавшись от осложненной интриги и возвращаясь к простоте античного театра, В. стремился сохранить гл. худож. завоевания драматургии предшествовавшего периода -- изображение на сцене страдающего человека, развитие сюжета в действии. Новый этап драматургии В. -- 60--70-е гг. Трагедии этого периода ("Олимпия", "Скифы", "Гебры", 1769, "Законы Миноса", 1773, и др.) носили открыто публицистич., пропагандистский характер, были всецело подчинены задачам политич. борьбы. На эстетику и драматургию В. теперь оказывает заметное влияние выдвинутая Дидро теория реализма, явившаяся отражением нового этапа борьбы третьего сословия. Влияние эстетики Дидро с ее требованиями простоты, естественности, демократизации персонажей сказалось как на эстетич. работах В. ("Воззвание ко всем народам Европы" -- "Appel à toutes les nations de l'Europe", 1761, Посвящение "Олимпии" И. И. Шувалову, 1761, и др.), так и на его худож. творчестве. Делая героями своих трагедий "лиц самого обыкновенного состояния" ("Скифы", "Гебры"), В. в соответствии с принципами бурж. драмы -- нового жанра, пропагандируемого Дидро, преодолевал сословную ограниченность эстетики классицизма. Однако с эстетикой классицизма В. никогда не порывал. Он критиковал бурж. драму за отсутствие в ней большой социально-историч. и политич. темы, его отталкивал прозаич. характер героя нового жанра -- бурж. человека, погруженного в мир огранич. частных интересов. В трагедиях В., даже когда они совсем близко соприкасаются с поэтикой бурж. драмы, отсутствует поэтизация отдельного человека; политич. или философская проблема всегда играет в них решающую роль. Классицистич. тенденции особенно усилились в драматургии В. 70-х гг. (трагедии "Ирина", "Агафокл") -- революц. задачи требовали героизма, к-рого не мог породить тусклый мир собственника, изображенный в мещанской драме.

В классицизме В. заключалось, однако, не только революц. начало, получившее дальнейшее развитие в лит-ре эпохи франц. бурж. революции, в частности в творчестве М. Ж. Шенье, но и консервативное. Утверждение героич., гражд. пафоса осуществлялось в трагедиях В. лишь в результате утраты реализма и народности, обращения к рассудочным правилам аристократич. вкуса. Рассматривая народ как объект, а не субъект историч. действия, отказывая ему в самостоят. историч. роли, В. отрывал политику от реальной борьбы нар. масс, переносил ее в сферу некой идеальной абстракции. Политич. тема его трагедий приобретала поэтому часто абстрактно-риторич. характер, а герои их превращались в "рупоры духа времени".

Комедии В. уступают по худож. значению его трагедиям. Отвергая сословную иерархию жанров, присущую эстетике классицизма, В. вместе с тем настаивал на необходимости изображать частную жизнь бурж. человека в комедийном освещении и в противовес "слезной комедии" П. К. Лашоссе выдвигал идею смешанного жанра, сочетающего комич. и трогательный элемент ("Блудный сын" -- "L'enfant prodigue", пост. 1736, изд. 1738, "Нанина, или Побежденный предрассудок" -- "Nanine ou le préjugé vaincu", 1749). В. нередко использовал комедии в лит. борьбе; яркий пример тому "Вольный дом, или Шотландка" ("Le caffé ou l'écossaise", 1760, рус. пер. 1763) -- комедия-памфлет против врага энциклопедистов журналиста Фрерона.

Наряду с драматургией в худож. наследии В. значит. место занимает разнообразная по жанрам поэзия. В. пытался создать нац. героич. эпопею. Первый вариант поэмы, озаглавленный "Лига, или Генрих Великий" ("La ligue ou Henri le Grand"), был нелегально опубл. в 1723. В 1728 в Лондоне был изд. окончат. текст поэмы под назв. "Генриада" ("La Henriade"). В своей поэме В. следовал образцам античной поэзии, гл. обр. Вергилию. Однако механич. использование старых поэтич. форм и приемов привело В. к худож. неудаче. Рационалистич. культуре 18 в. была чужда непосредственность и наивность античной мифологии; отсюда искусственность, холодная рассудочность произв. В., усугубленная введением аллегорич. фигур. Поэма является ярким выражением просветительских взглядов В.: в ней прославляется разум, осуждаются религ. войны, фанатизм. В идеализированном образе Генриха IV воспет король-философ, "просвещенный монарх".

Одно из лучших поэтич. произв. В. -- герои-комич. поэма "Орлеанская девственница", в 1757 осужденная римским папой и внесенная в индекс запрещенных книг. Поэма задумана В. как пародия на тяжеловесную эпопею поэта 17 в. Ж. Шаплена. Целью В. было не столько осмеяние Жанны Д'Арк -- нар. героини, сколько католич. культа девы -- "святой спасительницы" Франции. Поэма, написанная легким непринужденным стихом, является язвит. антиклерикальной сатирой. Опасаясь преследований за вольномыслие поэмы, В. публично от нее отрекся. Не раз обращался он и к жанру философско-дидактической поэмы на богословские, научные, философские и моральные темы. Уже в "Послании к Урании, или За и против" ("Epitre à Uranie ou le pour et le contre", 1722) В. выступал против христ. учения о всеблагом боге. Деизм В. нашел выражение в его "Поэме об естественном законе" ("Poème sur la loi naturelle", 1756, рус. пер. 1786). В "Рассуждении о человеке" утверждаются равенство сословий, теория "разумного эгоизма", оптимистич. мораль А. Попа и Г. В. Лейбница. Эволюция взглядов В. по вопросу о "мировом зле" отражена в "Поэме о гибели Лисабона" ("Poème sur la destruction de Lisbonne", 1756, рус. пер. 1763) -- отклике на лисабонское землетрясение 1755, в к-рой В. оспаривал учение о предустановленной мировой гармонии. В. писал оды, сатиры, насыщая их просветительским содержанием. Его ода "Смерть мадемуазель Лекуврёр" ("La mort de mademoiselle Lecouvreur", 1730) -- осуждение религ. нетерпимости, прославление разума. Близка к ней по содержанию "Ода о фанатизме" ("Ode sur le fanatisme", 1732). Стихотворные сатиры В. (ок. 25) -- своеобразные поэтич. документы его борьбы с врагами Просвещения, в них даны яркие зарисовки быта и нравов эпохи ("Бедняга", 1760, "Русский в Париже", 1760).

В. достиг совершенства в различных жанрах т. н. "легкой поэзии", популярной в 18 в. Для его лирики, подчас близкой по своему характеру к аристократич. поэзии рококо, характерны эпикурейские настроения. Изысканно изящные поэтич. произв. В. насыщены антиклерик. мотивами; таков, напр., мадригал "Экспромт женевской даме, проповедовавшей автору веру в св. троицу"; вольный перевод мадригала ("Кнж. С. А. Урусовой") приписывается А. С. Пушкину. Разящая сила иронии и остроумия В. особенно проявилась в его эпиграммах, служивших ему оружием в борьбе с противниками. В. принадлежат также фривольные стихотворные сказки в духе Лафонтена: "Папская туфля" ("La mule du Pape", 1733), "Что нравится дамам" ("Ce qui plait aux dames", 1763) и др.

Наиболее значительное в худож. наследии В. -- философские повести, излюбленный жанр просветителей; В. довел его до высокого совершенства, придав ему публицистич. характер. В философской повести все подчинено раскрытию к.-л. политич. или философского тезиса. В. использовал приключенческо-авантюрный сюжет, вост. экзотику, фантастику. Ирония, сарказм служили для сатирич. осмеяния феод. Европы. Одна из философских тем этих соч. -- вопрос о "мировом зле". В ранних повестях: "Мемнон, или Человеческая мудрость" ("Memnon ou La sagesse humaine", 1747, рус. пер. 1782), "Мир как он есть, или Видение Бабука" ("Le monde comme il va. Vision de Babouc", 1748, рус. пер. 1763), "Задиг, или Судьба" ("Zadig ou la destinée", 1748, рус. пер. 1765) В., хотя и с оговорками, но все еще разделял оптимистич. концепцию Попа, А. Шефтсбери и Лейбница о мировой гармонии. Частные случаи зла компенсируются общим благом ("Видение Бабука"), злоключения приводят к счастливому концу ("Задиг"). Наиболее известная повесть В. "Кандид, или Оптимизм" написана с целью развенчания идеи всеобщей гармонии. В эти годы В. видел в подобном оптимизме оправдание существующего социального зла. Вся повесть опровергала основной тезис одного из ее персонажей -- философа Панглоса: "Всё к лучшему в этом лучшем из миров". Оспаривая взгляды Лейбница, В., однако, не переставал питать доверие к идее прогресса. В словах: "Надо обрабатывать свой сад" заключен философский вывод В., его убеждение в необходимости труда, активной борьбы за изменение и улучшение мира. Эпизод, рассказывающий о фантастич. стране Эльдорадо, -- просветительская утопия В. Повесть "Микромегас" ("Le Micromégas", 1752, рус. пер. 1788) явилась прославлением величия человеч. разума, полемикой с теорией "врожденных идей" Р. Декарта. Полемика со взглядами Ж. Ж. Руссо составляла содержание философской повести "Простодушный". В. сталкивает руссоистского "естественного человека", далекого от условностей цивилизации, с порядками и нравами абсолютистской Франции. При этом В. показывает, что только приобщившись к культуре, герой повести становится подлинным человеком. В повести резко обличались деспотизм феод. монархии, произвол и беззаконие. Проблема "мирового зла" решалась в этой повести так же, как и в "Кандиде", как проблема зла социального. Сатирич. выпады против священного писания, различных религ. культов, против иезуитов особенно многочисленны в повести "Вавилонская принцесса" ("La princesse de Babylone", 1768), в сказке "Белый бык" ("Le taureau blanc", 1774, рус. пер. 1802) и в романе "Письма Амабеда" ("Les lettres d'Amabed", 1769, рус. пер. 1787).

В. -- мастер эпистолярного стиля. Его перу принадлежит множество писем, обращенных к философам, писателям, ученым, королям. Переписка была для В. продолжением его просветит. пропаганды. Огромное эпистолярное наследие В. полностью еще не собрано. Влияние В. на развитие просветит. мысли было очень значительным. Собр. соч. В. выходили еще при его жизни. В 1784 было начато издание полного собр. соч. В., т. н. "кёльское издание", в 70 тт. при участии П. О. К. Бомарше и Ж. А. Кондорсе (1784--89). В конце 18 -- нач. 19 вв. появлялись книги, посвященные В., гл. обр. воспоминания. Шагом вперед в изучении В. были два комментированных изд. его соч.: изд. Бешо (72 тт., 1828--40) и академич. изд. под руководством Л. Молана (52 тт., 1877--85). Среди последних изд. следует отметить комментированное полное изд. переписки В., публикацию его записных книжек, осуществляемые Ин-том и музеем В., организованным в 1953 в Делис близ Женевы. Этот ин-т выпускает под ред. Т. Бестермана сб-ки статей под назв. "Изучение Вольтера и 18 века" ("Studies on Voltaire and the eighteenth century", ed. by T. Besterman, с 1955).

Первое знакомство с В. в России относится к 20-м гг. 18 в. Среди читателей и переводчиков В. были А. Д. Кантемир и М. В. Ломоносов. С сер. 50-х гг. появляются первые рус. переводы соч. В. В 1746 он был избран почетным чл. Российской АН. Переписка Екатерины II с В. способствовала усилению его популярности среди рус. дворян, распространению т. н. "вольтерьянства". Творчество В. хорошо знали и ценили рус. просветители 18 в. -- Н. И. Новиков и А. Н. Радищев. В поэме Радищева "Бова" (1807) можно найти отклик на "Орлеанскую девственницу". После смерти В. его б-ка была куплена Екатериной II и привезена в Петербург. Ныне б-ка В. (6 902 тома -- 3 420 названий, а также 20 томов рукописей) хранится в Гос. публичной б-ке имени М. Е. Салтыкова-Щедрина. В 1785--89 И. Г. Рахманинов выпустил "Полное собрание всех переведенных на российский язык сочинений Вольтера". В годы франц. бурж. революции конца 18 в. отношение Екатерины II к наследию В. резко изменилось. Специальным императорским указом было запрещено изд. соч. В., публиковались многочисл. антивольтеровские памфлеты. Симпатия к В. возродилась у декабристов, к-рых он привлекал смелостью мысли, антифеод. пафосом (К. Ф. Рылеев, П. И. Пестель и др.). В. был любимым поэтом молодого А. С. Пушкина, к-рый высоко ценил его поэтич. мастерство и восхищался его свободомыслием. В многочисл. произв. Пушкина встречаются упоминания о В., ссылки на его соч. ("Городок", начало незаконченной поэмы "Бова", 1814, "Гавриилиада" и др.). Пушкин перевел 26 первых строк "Орлеанской девственницы".

В. Г. Белинский высоко ценил просветит. деятельность В. и называл его "критиком феодальной Европы", нац. поэтом Франции. Понимая революц. значение деятельности В., А. И. Герцен писал: "Смех Вольтера разрушил больше плача Руссо" (Собр. соч., т. 5, 1955, с. 89). Новый этап в изучении В. связан с развитием марксистской мысли в России. Марксистский анализ политич., философских и эстетич. взглядов В. дан в работах Г. В. Плеханова. В монографии В. И. Засулич "Вольтер" (1909) рассматривается его просветительская деятельность. Значит. вклад в изучение наследия В. внесли сов. ученые. Большое значение имеют публикации текстов В., хранящихся в нашей стране, в частности статьи, изд. редакцией "Литературного наследства" (т. 29--30), в сб. "Русская культура и Франция" (т. 1, 1937). Во время юбилеев В. в 1944 и 1953, широко отмеченных в СССР, были проведены научные сессии в АН СССР, в Моск. и Ленинградском ун-тах; были опубл. работы, посвящ. важным вопросам вольтероведения.


Сочинения:


Oeuvres complètes, v. 1--70, Kehl, 1784--89;

Oeuvres, v. 1--72, P., 1828--40;

Oeuvres complètes, v. 1--52, P., 1877--85;

Voltaire's correspondance, ed. by T. Besterman, v. 1--41..., 43--54, Gen., 1953--60--;

в рус. пер. --

Соч., СПБ, 1913;

Избр. произв., М., 1947;

Письма, публ. В. Люблинского, М. -- Л., 1956;

Философские повести и рассказы, мемуары и диалоги, т. 1--2, М. -- Л., 1931;

Философские повести, М., 1954;

Орлеанская девственница, М. -- Л., 1935.


Литература:


Вольтер. Статьи и материалы, под ред. М. П. Алексеева, Л., 1947;

Вольтер. Статьи и материалы, под ред. В. П. Волгина, М. -- Л., 1948;

Артамонов С., Вольтер, М., 1954;

Державин К. Н., Вольтер, [М.], 1946;

Иванов И. И., Политич. роль франц. театра в связи с философией XVIII в., М., 1895;

История франц. лит-ры, т. 1, М. -- Л., 1946;

Морлей Д., Вольтер, пер. с англ., М., 1889;

Сигал Н., Вольтер, Л. -- М., 1959;

Шахов А., В. и его время, СПБ, 1912;

Bellesort A., Essais sur V., P., 1950;

Charpentier J., Voltaire, P., 1955;

Crouslé, La vie et les oeuvres de V., v. 1--2, P., 1899;

Deschanel E., Le théâtre de V., P., 1886;

Desnoiresterres G., V. et la société au XVIII siècle, v. 1--8, P., 1871--76;

Gernus W., François Marie Arouet de V., B., 1947;

Faguet E., Voltaire, P., [s. d.];

Lancaster H. C. French tragedy in the time of Louis XV and V. (1715--1774), v. 1--2, Baltimore, 1950;

Lanson G., Voltaire, P., 1906;

Lion H., Les tragédies et les théories dramatiques de V., P., 1895;

Maugras G., Querelle des philosophes V. et Rousseau, P., 1886;

Naves R., Le goût de V., P., 1938; Studies on V. and the 18-th century, ed. by T. Besterman, v. 1--12, Gen., 1955--60 (изд. продолжается).


Библиографические издания:


Державин К. Н., Из рус. библиографии Вольтера, в сб.: Вольтер, Л., 1948;

Языков Д., Вольтер в рус. лит-ре, 2 изд., М., 1902;

Barr M., A smallgraphy of writings on V., 1825--1925, N. Y., 1929;

Bengesco G., Bibliographie des oeuvres de V., v. 1--4, P., 1882--90;

Quérard J. M., Bibliographie voltairienne, P., 1824.


В. Я. Бахмутский, И. А. Лилеева.


Источник: Краткая литературная энциклопедия / Гл. ред. А. А. Сурков. -- М.: Сов. энцикл., 1962--1978. Т. 1: Аарне -- Гаврилов. -- 1962. -- Стб. 1029--1037.

Оригинал здесь: http://feb-web.ru/feb/kle/Kle-abc/ke1/ke1-a292.htm.